— Вот и ты! — Светлана Михайловна окинула невестку оценивающим взглядом. — Может, присоединишься к обсуждению? Всё-таки семейное дело!— Благодарю, но я не участвую в выборе подарка! — спокойно ответила Ксения. — Это дело Витали!— Как это не участвуешь? — изумилась свекровь. — Ты же его жена!— Именно так! — Ксения впервые посмотрела ей прямо в глаза. — Жена вашего сына, а не ваш банкомат!— Ксюша! — воскликнул Виталя. — Что ты такое говоришь?— Правду, дорогой! — Ксения направилась к выходу из кухни.— Да какую ещё правду? Это же всего лишь…— Тебе надо, ты и покупай своей матери подарки, а мне эта женщина и слова доброго ни разу не сказала, так что обойдёшься без моей помощи!
Когда за Ксенией закрылась дверь, Светлана Михайловна театрально вздохнула и покачала головой.— Вот как она о матери мужа! Нет, Виталик, это никуда не годится! Ты должен объяснить своей… Даже язык не поворачивается её так назвать! Но ладно! Своей жене, что семейные ценности — это святое!— Да, мам! — покорно кивнул Виталя, но в его глазах мелькнула тень сомнения. — Я поговорю с ней!После ухода Светланы Михайловны в квартире повисло гнетущее напряжение. Виталя метался по комнатам, периодически подходя к двери спальни, но так и не решаясь войти. Наконец, собравшись с духом, он постучал.— Можно? — спросил он, приоткрывая дверь.Ксения сидела на краю кровати с телефоном в руках. При появлении мужа она быстро заблокировала экран.— Зачем спрашиваешь? Это твоя комната тоже! — ответила она сухо. Виталя присел рядом, сохраняя некоторую дистанцию.
— Ксюш, ты поставила меня в неловкое положение перед мамой! — начал он. — Она теперь думает, что мы…
— Что мы что? — перебила его Ксения. — Что у нас нет согласия по вопросу финансов? Так и есть! Что я не хочу тратить свои деньги на человека, который меня презирает? Это правда!
— Не надо так! — поморщился Виталя. — Она тебя не презирает, просто у вас разные взгляды на жизнь!
Ксения рассмеялась, но в её смехе не было веселья.
— Разные взгляды? Называть меня при гостях «временным явлением» — это разные взгляды? Критиковать мою внешность, мою работу, мою семью — это разные взгляды? Виталь, открой глаза! Твоя мать ненавидит меня и делает всё, чтобы разрушить наш брак!
Виталя вскочил с кровати и заходил по комнате.
— Ты преувеличиваешь! Да, она бывает резка в высказываниях, но она желает нам добра!
— Кому «нам»? — спросила Ксения. — Тебе, может быть? Но точно не мне и не нашей паре! И знаешь, устала от этого! Три года я молчала, когда она унижала меня! Три года я улыбалась и терпела её «резкие высказывания»! Но хватит! Если ты хочешь купить ей диван — покупай! Но без моих денег!
— Где мне взять сто тысяч? Даже сто сорок! — в отчаянии воскликнул Виталя. — У меня только пятьдесят!
— Это твоя проблема! — пожала плечами Ксения. — Можешь купить что-то подешевле! Можешь занять у друзей! Можешь взять кредит, наконец!
— Кредит? — Виталя остановился посреди комнаты. — А это мысль…
На следующий день Виталя вернулся домой с довольным видом и сообщил, что оформил потребительский кредит на двести тысяч рублей. Ксения выслушала эту новость молча, а потом спокойно произнесла:
— Надеюсь, ты понимаешь, что выплачивать его будешь сам? Я не собираюсь тратить свои деньги на подарок твоей матери!
— Но мы же семья! — возмутился Виталя. — У нас общий бюджет!
— Нет, Виталь! — Ксения покачала головой. — С этого момента у нас раздельный бюджет! Ты принял решение взять кредит единолично, без моего согласия, поэтому и ответственность несёшь сам!
Виталя хотел что-то возразить, но Ксения уже вышла из комнаты.
Неделю спустя наступил день рождения Светланы Михайловны. Ксения долго сомневалась, идти ли на празднование, но в итоге решила, что её отсутствие вызовет ещё больше проблем. Она купила букет цветов — скромный, но красивый — и поехала вместе с Виталей.
Квартира Светланы Михайловны была полна гостей. Родственники, друзья, коллеги — все с дорогими подарками, как и предполагалось. Виталя торжественно вручил матери конверт с чеком на новую мебель. Светлана Михайловна просияла и обняла сына.
— Вот что значит настоящий мужчина! — воскликнула она, показывая чек гостям. — Мой сын всегда знает, как порадовать мать!
Когда очередь дошла до Ксении, она протянула букет и скромно поздравила свекровь. Светлана Михайловна взяла цветы двумя пальцами, словно они были чем-то неприятным.
— И это всё? — она вопросительно посмотрела на невестку. — Никакого подарка?
— Цветы — это мой подарок! — спокойно ответила Ксения.
— Как мило! — процедила Светлана Михайловна. — Невестки должны дарить золото, а не сорняки с обочины!
Один из гостей попытался разрядить атмосферу шуткой, но Светлана Михайловна уже обращалась к остальным:
— Видите, как мне повезло с невесткой? Сын покупает мебель, а она — букетик! И кто после этого настоящий член семьи?
Виталя стоял рядом, опустив глаза, и молчал. Ксения почувствовала, как внутри растёт холодная решимость. Она посмотрела на мужа, ожидая, что он вступится за неё, но тот продолжал упорно изучать узор на ковре.
В этот момент Ксения поняла, что её брак с Виталей подошёл к концу. Не из-за его матери и даже не из-за кредита. А из-за его трусости и неспособности быть на её стороне, когда это действительно важно.
Весь вечер она молча наблюдала, как Светлана Михайловна принимает поздравления и расхваливает подарок сына. Как Виталя улыбается матери и игнорирует колкие замечания в адрес жены. И с каждой минутой её решение становилось всё тверже.
Домой Виталя и Ксения возвращались в полном молчании. Сидя в такси, Ксения смотрела в окно на проносящиеся мимо огни ночного города и перебирала в голове события последних недель. Решение созрело окончательно.
На следующее утро, дождавшись, когда Виталя уйдёт на работу, Ксения позвонила юристу, которого нашла через коллегу неделю назад. Ей потребовалось меньше часа, чтобы выяснить все детали о бракоразводном процессе и разделе имущества.
— Кредит оформлен только на мужа? — уточнил юрист, внимательно слушая её историю.
— Да, полностью на него! — подтвердила Ксения. — Я не давала согласия и не подписывала документы!
— Отлично! Если вы сможете доказать, что деньги были потрачены не на нужды семьи, а на подарок третьему лицу без вашего согласия, то кредит останется только его обязательством!
После разговора Ксения принялась за дело. Она постепенно переводила свои накопления на отдельный счёт, собирала важные документы, фотографировала ценные вещи в квартире.
Виталя, погружённый в свои проблемы с выплатой кредита, ничего не замечал. Первый платёж оказался больше, чем он рассчитывал, и теперь он с трудом сводил концы с концами. Несколько раз он пытался заговорить с Ксенией о «семейном бюджете», но каждый раз получал твёрдый отказ.
Спустя три недели после дня рождения Светланы Михайловны Ксения решила, что пора ставить точку. Она приготовила ужин, накрыла стол и ждала возвращения мужа. Когда Виталя пришёл домой, на столе стояла бутылка вина и два бокала.
— У нас праздник? — удивился он, обнимая жену. — Ты передумала насчёт кредита?
Ксения мягко отстранилась и указала на стул.
— Присядь, нам нужно поговорить!
Виталя насторожился, но сел, не сводя с неё глаз.
— Я подаю на развод! — спокойно произнесла Ксения. — И это не импульсивное решение! Я думала над этим все последние недели!
— Что? — Виталя подскочил на месте. — Ты серьёзно?
— Да! — Ксения осталась невозмутимой. — Из-за того, что ты выбрал сторону в нашем браке! И это не моя сторона!
— Какая сторона? О чём ты? — растерянно пробормотал Виталя.
— О том, что за три года твоя мать не упустила ни одной возможности унизить меня, а ты ни разу не вступился! О том, что когда речь зашла о выборе между моим комфортом и её прихотями, ты выбрал её. О том, что ты взял кредит без моего согласия, зная, что я против, и что я не буду его выплачивать!
— Но это всё…
— Мелочи? — перебила его Ксения. — Нет, Виталь! Это не мелочи! Это образец твоего поведения! И я больше не хочу быть частью этого!
— Ты не можешь просто так уйти! — повысил голос Виталя. — А как же наша квартира? Как же кредит?
— Квартира принадлежит мне! — напомнила Ксения. — Она досталась мне от тёти ещё до нашей свадьбы, если ты вдруг забыл! А кредит — только твоя ответственность! Ты взял его без моего согласия, на подарок твоей матери, а не на нужды нашей семьи!
Виталя побледнел, осознавая, что загнал себя в ловушку.
— Ты… Ты всё продумала? — произнёс он наконец.
— Да! — кивнула Ксения. — У меня уже готовы документы для подачи на развод! Я дам тебе неделю, чтобы собрать вещи и найти жильё!
— Неделю? — воскликнул Виталя. — Где я найду жильё за неделю? И на что я буду платить кредит?
— Это твои проблемы! — пожала плечами Ксения. — Возможно, твоя мать приютит тебя! В конце концов, у неё теперь есть новый роскошный диван, на котором ты можешь спать!
Через месяц развод был официально оформлен. Как и предсказывал юрист, суд оставил кредит полностью на Витале, признав, что он не был взят на нужды семьи. Ксения сохранила квартиру и все свои сбережения.
Виталя действительно переехал к матери. Светлана Михайловна встретила сына с распростёртыми объятиями, постоянно повторяя: «Я же говорила, что она тебе не пара!». Но энтузиазм Светланы Михайловны быстро угас, когда она поняла, что сын не только стеснён в средствах из-за кредита, но и не может помогать ей финансово.
А роскошный диван, ставший причиной всех проблем, оказался красивым, но крайне неудобным для сна. Каждую ночь, ворочаясь на этом дизайнерском кошмаре, Виталя думал о том, как дорого ему обошлось желание угодить матери.
Ксения же, освободившись от токсичных отношений, впервые за долгое время почувствовала настоящий покой. Она наконец могла распоряжаться своей жизнью и финансами без чувства вины и оправданий.
«Тебе надо, ты и покупай своей матери подарки, а мне эта женщина и слова доброго ни разу не сказала, так что обойдёшься без моей помощи!» — эта фраза стала для неё своеобразным девизом новой жизни, где не было места насильственным компромиссам и молчаливому терпению чужих оскорблений…