— Вера! Елизавета Кирилловна всё-таки мать моего жениха, — одёрнула её Татьяна. — Вот-вот, именно жениха, а не мужа, — многозначительно заметила Вера. — На что ты намекаешь? Вера пожала плечами. — Да так, мысли вслух. Итак, поясни, что это за чёртов список? Татьяна попросила сестру никому об этом не рассказывать. Вера торжественно скрестила пальцы на сердце, давая клятву. Она расположилась поудобнее, готовая выслушать сестру.

— Сегодня в кафе я увидела на телефоне Дениса список «нежелательных гостей», который прислала его мать. А потом на ужине у них дома Елизавета Кирилловна подтвердила, что не желает видеть некоторых наших родственников на свадьбе.Между сёстрами повисло молчание. Вера задумчиво постукивала пальцами по колену.— И что ты намерена делать? — спросила она наконец.Татьяна беспомощно пожала плечами.— Может, поговорить с Сергеем, тётей Верой, со Стёпой… объяснить ситуацию… — Ты чего? — Вера резко прервала её. — Кто они такие, чтобы тебе что-то запрещать? Тётя Вера — хорошая женщина, Стёпка — замечательный фотограф, дядя Толя такой добрый, всегда дарит мне шоколадки, а тётя Вика, когда я прихожу к ней в магазин, бесплатно даёт упаковку конфет.

Татьяна снова пожала плечами.

— Тогда не знаю, — произнесла она упавшим голосом. — Я попыталась поговорить с Денисом, но он поддержал мать. Сказал, что вопрос решённый.

На следующий день, когда до свадьбы оставалось всего два дня, Татьяна решилась на шаг, который, возможно, должна была предпринять гораздо раньше. Она направилась к дому Елизаветы Кирилловны без предупреждения и, что важнее, без Дениса.

Утро выдалось ясным, и пока Татьяна шла к дому будущей свекрови, она репетировала речь, которая должна была заставить эту женщину пересмотреть своё решение. Подойдя к двери, девушка глубоко вдохнула и позвонила.

Елизавета Кирилловна открыла не сразу. Когда дверь отворилась, на её лице отразилось неподдельное удивление.

— Татьяна? Что случилось? Денис сегодня на работе.

— Я знаю, — твёрдо ответила Татьяна. — Я пришла к вам.

Елизавета Кирилловна помедлила, но затем жестом пригласила девушку в квартиру. Татьяна с облегчением отметила, что дома больше никого не было — ни сестёр Дениса, ни его отца. Это давало ей шанс поговорить с будущей свекровью один на один.

Когда они расположились в гостиной, Елизавета Кирилловна сразу перешла к делу:

— Итак, что привело тебя сюда в такую рань?

Татьяна выпрямила спину и посмотрела прямо в глаза женщине, которая через два дня должна была стать её свекровью.

— Я хочу поговорить относительно вашего чёрного списка, — произнесла она максимально спокойно.

Уголки губ Елизаветы Кирилловны едва заметно дрогнули. Она указала на кресло напротив.

— Садись, я слушаю.

Татьяна опустилась в кресло, мысленно собирая все аргументы, которые готовила всю дорогу.

— Елизавета Кирилловна, люди, которых вы включили в чёрный список как нежелательных персон — мои родственники. Они хорошие и добрые люди. Да, может быть, у них есть свои недостатки: кто-то полнее, чем принято считать красивым, кто-то не добился карьерных высот, но они мои родные. Я не могу их вычеркнуть из списка гостей только потому, что они не соответствуют вашим представлениям о том, кто достоин присутствовать на свадьбе.

Елизавета Кирилловна выслушала невестку, не перебивая. Когда Татьяна закончила, она аккуратно поправила воротник своей блузки и так же спокойно начала отвечать:

— Я понимаю твои чувства, Татьяна, действительно понимаю. Но банкет — это не семейные посиделки с салатами и караоке. Это больше похоже на дипломатический раунд. Туда приглашены не только близкие, но и влиятельные люди — те, которые в дальнейшем пригодятся Денису, да и тебе тоже, если сумеешь правильно себя показать.

Она сделала небольшую паузу, оценивая реакцию невестки.

— Эти люди из определённого сословия, если хочешь. У них свои правила, свой круг общения. И твои… родственники просто внесут дисгармонию. Пойми, это не прихоть, а необходимость.

— Но это моя свадьба тоже. И мои родные имеют право…

— Право? — Елизавета Кирилловна всё ещё говорила спокойно, но в её голосе появились раздражительные нотки. — Ты пойми, дорогая, тебе придётся свыкнуться с мыслью, что этих людей не будет ни в ЗАГСе, ни на банкете. Денис тебе уже сказал об этом, не так ли?

Татьяна кивнула, не доверяя своему голосу.

— Вот видишь, — продолжила Елизавета Кирилловна, теперь уже с улыбкой победительницы. — Но я же не чудовище. Я готова понести дополнительные расходы — заказать на следующий день отдельный банкетный зал, куда ты можешь пригласить всех… нежелательных.

Это была последняя капля. Татьяна вскочила на ноги.

— Как вы можете так поступать? Это мои родственники, не ваши! Вы не имеете права им отказывать в присутствии на нашей с Денисом свадьбе!

Елизавета Кирилловна мгновенно изменилась. Маска доброжелательности слетела с её лица.

— Имею и буду! — отрезала она, тоже поднимаясь. — И тебе, Татьяна, придётся с этим смириться. Нравится тебе или нет, но прими реальность. И она такова.

Она выдвинула ящик стола и достала оттуда уже знакомый Татьяне список. Помахала им перед лицом девушки, словно дразня.

— И даже не думай приглашать этих людей на церемонию моего сына.

Татьяна хотела ответить, что это церемония и её тоже, но слова застряли в горле. Вместо этого она просто направилась к выходу.

— Подумай хорошенько и не дури, — бросила ей вслед Елизавета Кирилловна.

Татьяна обернулась у самой двери:

— Я всё поняла.

Дверь за ней захлопнулась, и Елизавета Кирилловна довольно улыбнулась.

— Вот и молодец, — сказала она в пустоту. — Дурную же выбрал себе сын невесту, ох и намаюсь я с ней.

Она взяла телефон и набрала номер сына.

— Денис? Да, только что у меня была твоя невеста.

— Татьяна? — удивлённо переспросил Денис на другом конце провода. — Зачем?

— Возмущалась насчёт списка? — Елизавета Кирилловна покачала головой, хотя сын не мог этого видеть. — Хотела, чтобы я разрешила всей этой публике явиться на банкет.

— Ты там не жёстко с ней поговорила? — с беспокойством спросил Денис.

— Что ты, сыночек! Я разговаривала с ней очень ласково. Объяснила ситуацию со всех сторон. И знаешь что? Она сказала: «Я всё поняла». По-моему, всё в полном порядке.

— Серьёзно?

— Конечно. Но на всякий случай, сделай ей какой-нибудь подарок. Задобри немного.

— Какой, например?

Елизавета Кирилловна на секунду задумалась.

— Помнишь то колье, которое мы видели в ювелирном магазине? Она тогда так долго на него смотрела.

— Мам, оно же офигенных денег стоит! — возразил Денис.

— Это не такие большие деньги по сравнению с тем стыдом, который мы можем испытать, если вдруг её чернь заявится на банкет, — холодно ответила Елизавета Кирилловна. — Поверь, сынок, лучше потратиться сейчас, чем потом краснеть перед всем городом.

— Ладно, — нехотя согласился Денис.

— Я тебе сейчас деньги скину. Иди прямо сейчас и сегодня же подари. Времени до свадьбы осталось мало.

Елизавета Кирилловна отключила телефон и удовлетворённо откинулась в кресле. Всё шло по плану. Скоро её сын женится на этой Татьяне — не идеальный вариант, конечно, но девушка хотя бы из приличной семьи, не считая её многочисленных родственников сомнительного качества. А уж с характером невестки она как-нибудь справится.

Вечером Татьяна вернулась домой поздно. Тяжёлый день отнял все силы, и она мечтала лишь о том, чтобы упасть на кровать и забыться сном. Выключив свет в прихожей, она на цыпочках прошла в свою комнату, надеясь избежать расспросов семьи. Но едва она переоделась в пижаму, как дверь приоткрылась и на пороге появилась Вера.

— Ну, рассказывай! — потребовала сестра, плюхнувшись на кровать. — Как прошёл день?

Татьяна устало улыбнулась и вытащила из сумки бархатную коробочку.

— Вот, полюбуйся, — она открыла её, и Вера ахнула от неожиданности.

В коробочке на атласной подушечке лежало роскошное колье, усыпанное опалами. Искусно обработанные камни переливались даже в полумраке комнаты.

— Офигеть! — присвистнула Вера, осторожно доставая колье из коробки. — Можно примерить?

Не дожидаясь разрешения, она подбежала к зеркалу и приложила колье к шее.

— Танька, я тебе так завидую! Твой жених просто нереально крутой! — восхищённо произнесла Вера, рассматривая себя в зеркале. — Откуда вообще у твоего Дениса такие деньги?

Татьяна села на край кровати, наблюдая за сестрой.

— Это не Денис, — сказала она тихо. — Точнее, подарил он, но идея точно принадлежит его матери.

— С чего ты взяла? — Вера обернулась, продолжая любоваться колье.

— Утром я ходила к Елизавете Кирилловне, — начала Татьяна, сцепив пальцы на коленях. — Насчёт этого дурацкого чёрного списка. Разговор вышел… не самый приятный.

Вера осторожно сняла украшение и вернула его в коробочку.

— И что?

— А потом неожиданно позвонил Денис. Пригласил в кафе, затем в кино. А вечером вдруг подарил это колье. Всё это неспроста, — Татьяна захлопнула коробочку. — Это обычная взятка, чтобы я заткнулась и перестала возмущаться.

Вера схватила коробку с колье и выскочила из комнаты.

— Мам! Мам! Смотри, что подарил Танькин жених!

Из гостиной донеслись восторженные возгласы Елены Алексеевны. Через минуту мать заглянула в комнату дочери.

— Танюша, это же настоящие опалы! — воскликнула она, держа в руках коробочку. — Денис, конечно, балует тебя. Прекрасный выбор.

— Спасибо, мам, — устало отозвалась Татьяна.

Елена Алексеевна присела рядом с дочерью и погладила её по голове.

— Не переживай, дочка. Сейчас суматоха закончится, и пойдёт обычная семейная жизнь.

— Да, ты права, — согласилась Татьяна, мысленно прикидывая, какой будет эта «обычная семейная жизнь» с Елизаветой Кирилловной в качестве свекрови.

Мать поцеловала дочь в лоб и, пожелав спокойной ночи, вышла из комнаты, прихватив с собой Веру.

Оставшись одна, Татьяна подошла к окну. На тёмном небе виднелись звёзды, далёкие и холодные. Она вспомнила, как познакомилась с Денисом. Это было на лекции по экономике. Он сидел рядом и угостил её маленькой шоколадкой. С этого момента всё понеслось — встречи, свидания, признания в любви. Она влюбилась, как в романе. Вот он, её принц — пусть без лошади, но принц.

Татьяна взяла в руки фотографию Дениса, стоявшую на тумбочке. Она любила его, но после истории с чёрным списком что-то изменилось. Она припомнила, что за всё время их отношений Денис ни разу не отстаивал её мнение перед матерью. Ни разу. Он всегда соглашался с Елизаветой Кирилловной, что бы та ни сказала.

«Мне потребовалось тридцать лет, чтобы наладить своё окружение. И это дорого стоит», — вспомнила Татьяна слова будущей свекрови.

Но ведь свекровь пренебрежительно относилась не только к её родственникам, но и к ней самой! А Денис… Денис это поддерживал. А значит, и он тоже думал о ней плохо.

Татьяна забрала коробочку с колье, оставленную матерью на столе, и поставила её на полку. Это простая взятка, ничего больше. Попытка заткнуть ей рот дорогой безделушкой.

Она снова взяла в руки фотографию Дениса и вгляделась в его улыбающееся лицо.

— Кто ты такой, Денис? — спросила она вслух. — И кто я для тебя?

Ответа не было. Только фотография Дениса продолжала улыбаться ей с застывшей вежливостью.

День перед свадьбой.

Полуденное солнце заливало светом кафе, куда Татьяна пришла с Денисом. День выдался тёплым, но настроение у невесты было далеко не весеннее. За день до свадьбы ей казалось, что она должна испытывать волнение, радость, предвкушение — но вместо этого внутри поселилась странная пустота.

Денис заказал для неё фруктовый салат и чай, для себя — кофе и бутерброд. Он непринуждённо рассказывал о последних приготовлениях к банкету, когда дверь кафе открылась и на пороге появились его сёстры — Оля и Юля.

— А вот и молодожёны! — громко объявила Оля, направляясь к их столику. Юля следовала за ней со сдержанной улыбкой.

Татьяна напряглась. Ей совсем не хотелось видеть сестёр жениха, но Денис уже махал им рукой, приглашая присоединиться.

— Как удачно мы вас застали, — Оля плюхнулась на стул рядом с братом. — Юль, садись.

Старшая сестра аккуратно опустилась на стул, разгладив юбку костюма, так похожего на одежду её матери.

— Я с утра получила сообщение от тёти Аси, — начала Оля, даже не поздоровавшись с Татьяной. — Она всё-таки прилетает на свадьбу! Представляете? Специально рейс перебронировала из Милана.

— Тётя Ася — дизайнер интерьеров, — пояснил Денис Татьяне, хотя она и не спрашивала. — У неё собственное бюро в Италии.

— Ещё дядя Валентин подтвердил — он прямо с конференции в Сочи, — продолжала Оля. — Он у нас профессор, между прочим.

Татьяна молча помешивала чай, стараясь не показывать, как её раздражает этот разговор.

— Кстати, — вмешалась Юля, обращаясь к Денису, — всё готово к завтрашнему дню? Список подчищен?

Она многозначительно посмотрела на брата, и Татьяна мгновенно поняла, о каком списке идёт речь. Чёрный список её родственников — вот что интересовало старшую сестру.

— Да, всё утрясли, — отмахнулся Денис и сжал руку Татьяны под столом, словно пытаясь передать какое-то тайное послание.

Татьяна одарила его холодной улыбкой, которую он, кажется, не заметил.

— А ты умная, — неожиданно обратилась к ней Оля. — Правильно надо отсекать лишние ветки. Зачем эти глупые родственники? Столько позору!

— Согласна, — поддержала сестру Юля. — Надо выбирать самое чистое, самое достойное. Включая и родственников. Иначе это позор.

Все эти дни Татьяна держалась, старалась быть разумной и спокойной, но теперь что-то переключилось.

— А кто вам дал право унижать моих родственников? — спросила она, повышая голос. — Они мои, а не ваши! Я не копаюсь в вашей родословной. Наверняка там много грязи, только вы её приукрашиваете. Наверняка есть судимые, может быть, даже воры. А жёны молчат, когда их избивают, а мужья прикидываются благополучными.

— Да как ты смеешь! — прошептала Оля.

— Тань, прошу тебя, не надо так говорить, — вмешался Денис, испуганно оглядываясь по сторонам.

— Тогда пусть и твои сёстры не говорят так о моих! — Татьяна резко повернулась к жениху. — Потому что они мои! Мало того что вы их внесли в чёрный список, так ещё и издеваетесь. Кто вы такие?

Лицо Дениса изменилось. Он быстро встал и взял Татьяну под руку.

— Мы пойдём погуляем, — бросил он сёстрам и почти вытащил невесту из-за стола.

Оля и Юля остались сидеть с одинаково поджатыми губами. Когда дверь кафе закрылась за парой, Юля посмотрела на сестру:

— Ну и психованная.

— Дурак мой брат, выбрал такую, — вздохнула Оля. Потом внезапно наклонилась к сестре и спросила: — Она точно не приведёт своих замарашек?

Юля презрительно скривилась:

— Денис не позволит.

Сёстры обменялись понимающими улыбками и вернулись к меню.

До свадьбы остался один день.

Вечернее солнце уже клонилось к закату, когда телефон Татьяны разразился знакомой мелодией. Номер свекрови высветился на экране, заставив девушку на секунду замереть. Она глубоко вдохнула, прежде чем нажать на «принять».

— Добрый вечер, Татьяна, — голос Елизаветы Кирилловны звучал обманчиво мягко. — Надеюсь, ничего не поменялось в наших планах?

Татьяна слабо улыбнулась.

— Не совсем понимаю ваш вопрос.

Елизавета Кирилловна издала короткий смешок.

— Ну как же! Я о гостях. Не будет эксцессов с нежелательными элементами в ЗАГСе и на банкете?

Татьяна продолжала улыбаться, и в этой улыбке было что-то странное, почти пугающее. Она посмотрела на свою сестру Веру, которая стояла рядом и без малейших усилий слышала разговор — настолько громкий голос был у будущей свекрови.

— Не переживайте, Елизавета Кирилловна. Этих людей вы не увидите, — произнесла Татьяна, сохраняя удивительное спокойствие.

— Умница, девочка, — довольно протянула свекровь. — До завтра! Машина будет у твоего подъезда ровно в одиннадцать.

Звонок оборвался. Татьяна медленно опустила телефон и повернулась к сестре.

— Ну что, план «Б» работает? — спросила Вера, нервно заправляя прядь волос за ухо.

Татьяна кивнула, и в этом кивке было столько грусти, что Вера невольно подошла и обняла сестру.

— Я уже предупредила дядю Толю и двоюродную сестру Вику, — сказала она, отстраняясь. — Они… ну, они всё поняли.

Вера вышла из комнаты, тихо притворив за собой дверь. Татьяна осталась одна. Она села на край кровати и позволила воспоминаниям нахлынуть волной.

Она вспомнила глаза Дениса — как они сияли от счастья, когда он делал ей предложение. Вспомнила его губы, нежные поцелуи, сильные руки, обнимающие её, и тихий шёпот у самого уха: «Я люблю тебя, Таня». Татьяна вздрогнула, словно её жених находился рядом, но наваждение тут же рассеялось.

На смену тёплым воспоминаниям пришли другие — холодный, равнодушный голос Дениса, говорящего о чёрном списке. Его отстранённый взгляд, когда они обсуждали список «нежелательных» гостей. Ледяные глаза Елизаветы Кирилловны, приказывающей ей вычеркнуть своих родственников и запретить им приходить в банкетный зал.

— И ты никогда меня не защищал, — прошептала Татьяна в пустоту комнаты, думая о Денисе. — Никогда не защищал.

Она встала и подошла к шкафу. Медленно открыв дверцы, Татьяна достала свадебное платье. Белоснежное, с кружевами и жемчугом, оно выглядело великолепно. Она примеряла его десятки раз, мечтая, как подойдёт к своему жениху, а после они вместе пойдут в ЗАГС. Теперь, глядя на него, она испытывала только тяжесть в груди.

Татьяна бережно повесила платье обратно на вешалку и провела рукой по мягкой ткани.

— Ну что же, план «Б» в действии, — тихо сказала она сама себе.

Настал день свадьбы. Яркое июньское солнце заливало светом площадь перед ЗАГСом, где уже собралась небольшая толпа нарядных людей. Денис нервно поправлял галстук, поглядывая на наручные часы. Его мать облачённая в дорогой светло-сиреневый костюм, принимала поздравления от своих коллег и друзей. Она сияла, словно это именно она сегодня была главной героиней торжества.

— Елизавета Кирилловна, какой у вас сын замечательный! — восторгалась полная дама в шляпке с пером. — А невеста, говорят, красавица?

— Да, милочка, Татьяна — девушка привлекательная, — благосклонно кивнула Елизавета Кирилловна. — Немного простовата, но мы это исправим.

Денис стоял в стороне, напряжённо вглядываясь в поток проезжающих машин. Нигде не было видно свадебного автомобиля, на котором должна была приехать Татьяна. Он то и дело проверял телефон, но сообщений не было.

К нему подошла сестра Оля, весёлая и нарядная в ярко-голубом платье.

— Что потерял, братишка? — хихикнула она, пихнув его локтем. — Не переживай, невесты всегда опаздывают. Традиция такая.

— Да, но уже на пятнадцать минут, — пробормотал Денис, вновь глядя на часы.

Юля, его старшая сестра, присоединилась к ним, элегантная в строгом костюме цвета слоновой кости, так похожем на наряд матери.

— Не переживай, — сказала она, поправляя высокую причёску. — Сейчас приедет, просто пробки. В городе сегодня какое-то шествие, все дороги перекрыты.

Но в глубине души Денис чувствовал: что-то не так. Это ощущение усилилось, когда зазвонил его телефон. На экране высветился номер водителя свадебного автомобиля.

— Алло? — Денис отошёл в сторону, чтобы его не слышали.

— Я приехал по указанному адресу полчаса назад, но никого нет.

Денис застыл, ощущая, как холодеет всё внутри.

— Вы уверены, что правильный адрес? — спросил он, хотя понимал абсурдность вопроса. Конечно, адрес был верный.

— Да, тот самый, что в заказе. Дом 196, второй подъезд, — подтвердил водитель. — Я жду здесь уже тридцать минут, но, похоже, никто не собирается выходить.

— Продолжайте ждать, — попросил Денис и отключился.

До регистрации оставалось двадцать минут. Нервно сглатывая, он набрал номер Татьяны. После нескольких гудков включился автоответчик.

— Привет, мой милый Денис! — раздался неожиданно весёлый голос Татьяны. — Спасибо, что позвонил. Ты, наверное, меня уже заждался? Но сейчас у меня банкет! Да-да, настоящий банкет на турбазе! Ты правильно услышал — не в ЗАГСе и не с твоей матерью, а на турбазе. И не с твоими лживыми друзьями, а с моими любимыми родственниками. Теми, кто в чёрном списке.

Денис стоял, не веря своим ушам, пока голос Татьяны продолжал:

— Ой, Денис, ты, кажется, расстроился? Нет-нет, не обижайся. Ведь ты же никогда не думал, как я расстроилась, когда твоя мать заявила о нежелательных гостях, а ты поддержал. Денис, не расстраивайся — свадьбы не будет! Зачем мне такой фальшивый хлюпик? Ты не мужчина, не муж, ты чмо. Да, я не боюсь называть тебя чмо, потому что вот уже как три дня я тебя не люблю. Думала, что ты извинишься, но вместо слов ты мне сунул колье, думал, что я заткнусь? Нет, мой мальчик, я презираю тебя. И да, ещё раз хочу сказать: свадьбы не будет! Передай большой привет своей мамочке, и пусть она радуется — гостей из чёрного списка на её банкете не будет.

Запись закончилась, и телефон издал сигнал окончания сообщения. Денис стоял, бледный как полотно, не в силах пошевелиться. Первой поняла, что что-то не так, его сестра Юля.

— Что происходит? — спросила она, подойдя к брату и заглядывая ему в лицо. — Денис? Ты в порядке?

Но Денис не мог ответить. Он просто стоял, сжимая телефон в руке, и смотрел куда-то сквозь сестру. Оля, не выдержав, выхватила телефон из его руки и нажала на последний вызов. Прижав трубку к уху, она выслушала сообщение. Её лицо постепенно наливалось краской.

— Да она совсем сбрендила! — воскликнула Оля, передавая телефон Юле. — Эта дрянь бросила нашего брата!

Юля взяла телефон и тоже прослушала сообщение. Её лицо застыло в маске холодной злобы.

К ним подошла Елизавета Кирилловна, всё ещё улыбающаяся своим гостям.

— Что у вас тут происходит? — спросила она, переводя взгляд с одного на другого. — Денис, почему у тебя такое лицо? Твоя невеста задерживается?

Денис по-прежнему молчал, не в силах произнести ни слова. Юля протянула матери телефон.

— Послушай, что эта стерва наговорила, — сказала она.

Елизавета Кирилловна осторожно взяла телефон и приложила его к уху. Она слушала молча, и с каждым словом её лицо становилось всё более бледным. Когда сообщение закончилось, она убрала телефон от уха и стояла, глядя прямо перед собой.

— Дура! — наконец громко произнесла Елизавета Кирилловна, и несколько гостей обернулись в их сторону. — Она нас всех поимела! А ты, — она повернулась к сыну, — ты дурак!

А в это время Татьяна на турбазе вместе со своей сестрой Верой под ручку шли по деревянной дорожке, ведущей к большому двухэтажному домику, окружённому соснами. Вера крепко сжимала руку сестры, хотя настроение Татьяны уже не требовало поддержки — с её лица не сходила лёгкая улыбка.

На крыльце их уже ждали — брат Сергей, широкоплечий мужчина с открытым лицом, и тётя Вера в ярко-красном летнем платье, которое делало её похожей на большой цветок мака.

— Наша героиня! — Сергей распахнул объятия и заключил в них Татьяну. — Я так и знал, что ты не дашь себя в обиду.

— Серёж, ты меня задушишь, — засмеялась Татьяна.

Из-за спины Сергея появился дядя Стёпа — тот самый «неподходящий элемент» с бородой и в мятой рубашке. Но в руках он держал профессиональный фотоаппарат, а на шее висели ещё два.

— А ну-ка улыбнись, несостоявшаяся невеста! — скомандовал он, поднимая камеру. — Хочу запечатлеть момент освобождения!

Татьяна изобразила счастливую улыбку, и щёлкнул затвор.

— Погоди, погоди, — дядя Стёпа поднял руку, — ещё один кадр, только теперь с естественным выражением лица.

Татьяна выдохнула и позволила себе быть собой — без наигранных эмоций, без фальши. Щёлк.

— Вот теперь отлично, — одобрил фотограф, просматривая результат. — Это будет моя лучшая серия: «Несостоявшаяся невеста, или Путь к свободе».

С крыльца спустилась тётя Вика — та самая «продавщица», которую Елизавета Кирилловна считала недостойной присутствовать на свадьбе её сына. В руках у неё был большой поднос с бутербродами.

— Танюша! — воскликнула она, ставя поднос на ближайший столик. — Ты правильно поступила, девочка!

Тётя Вика обняла Татьяну, слегка покачивая её в своих объятиях.

— Я бы так не решилась, — добавила она тише. — Но ты молодец. Такой мужчина не стоит твоих слёз.

К дочери подошла Елена Алексеевна. Её лицо выражало смесь гордости и материнского беспокойства.

— Не расстраивайся, доченька, — сказала она, гладя Татьяну по волосам.

— А я и не расстраиваюсь, — ответила Татьяна, расправляя плечи. — Уже не расстраиваюсь, давно не расстраиваюсь. Да и пошёл он к чёрту со своими чёрными списками! Так глядишь и меня туда впишет.

Дядя Стёпа громко расхохотался, запрокинув голову. Его смех был таким искренним и заразительным, что через мгновение к нему присоединились остальные. Смеялась тётя Вика, держась за живот, смеялась мама, прикрывая рот ладонью, смеялся дядя Толя, появившийся из-за угла дома с охапкой дров. Смеялся брат Сергей, тот самый «конфликтный элемент с уголовным прошлым», который оказался преданным и заботливым братом, первым приехавшим на турбазу, чтобы всё подготовить.

Вера наклонилась к уху сестры:

— Представляю, что там сейчас происходит с твоей свекровью, — прошептала она, едва сдерживая смех.

— Бывшей свекровью, — поправила Татьяна, — и бывшим женихом.

— Наверное, уже все начали расходиться, — предположил Сергей, подмигнув сестре. — Представляю эти кислые физиономии.

Все снова рассмеялись, и Татьяна обнаружила, что смеётся вместе со всеми, без всякого притворства.

А в это самое время в городе, возле ЗАГСа, Елизавета Кирилловна всё ещё пыталась объяснить гостям, почему свадьба не состоялась, изобретая всё новые оправдания и обвинения в адрес Татьяны. Но правда была проста: она встретила человека, который не побоялся сказать «нет». И это, возможно, был первый случай за всю её жизнь.

Денис сидел в машине, невидящим взглядом.. Он всё ещё не мог поверить, что Татьяна его бросила. В его голове не укладывалось, как она могла предпочесть каких-то дальних родственников ему. Он не понимал. И, вероятно, никогда не поймёт.

«Истинная любовь не терпит условий и списков.» — Оскар Уайльд