Гостиная наполнялась звоном бокалов и смехом. Анфиса Тихоновна сияла – она явно наслаждалась праздником.«А помните, как мы с Верочкой в восемьдесят шестом…» – доносилось из одного угла.«Нет, это было в восемьдесят седьмом!» – спорили в другом.«Анфиса, ты всё такая же красавица!» – восхищалась кто-то из подруг.«Да бросьте вы, – отмахивалась именинница, – куда мне уже! Вот раньше была да… Не чета некоторым!» Анна удивлённо смотрела на свекровь. К чему это она?К восьми вечера веселье было в разгаре. Кто-то затянул песню, кто-то пустился в пляс. «Ой, спасибо вам, мои дорогие! Как хорошо, что вы все пришли!» – то и дело восклицала Анфиса Тихоновна.Около девяти вспомнили про чай. «Ну что, Анфиса, торт будем резать?» – спросила Наталья Эдуардовна.

«Давайте! Анечка, у вас блюдо большое найдётся?»К десяти вечера остались самые близкие подруги именинницы. В гостиной царил праздничный разгром – следы веселья на пятнадцать человек. Грязные тарелки стояли рядами, бокалы с недопитым вином занимали весь подоконник. Белая скатерть была заляпана соусом и вином. Диванные подушки валялись как попало – кому-то не хватило стульев. На журнальном столике рядом с вазочками из-под десерта высилась гора смятых салфеток.Анна механически составляла тарелки стопками – пусть не обещала убираться, но не сидеть же сложа руки. Да и быстрее закончится всё это веселье. День выдался утомительным. Непрерывный поток незнакомых людей, необходимость поддерживать разговор, улыбаться, отвечать на бесконечные вопросы о том, когда же наконец появятся внуки… К вечеру у неё голова гудела от чужих голосов и звона бокалов.

– Наташенька, ты же на машине? – вдруг встрепенулась Анфиса Тихоновна. – Подбросишь меня? А то поздно уже.

– У меня места нет, – развела руками Наталья Эдуардовна. – Я же Верочку с Зоей Петровной везу, обещала. Они на другом конце города живут, сама знаешь.

– Марк! – позвала сына Анфиса Тихоновна. – Отвезёшь маму?

Марк, относивший пустые бутылки на кухню, выглянул в гостиную. За день он тоже устал – метался между гостями, подливал, уносил тарелки, развлекал маминых подруг разговорами.

– Конечно, мам. Сейчас куртку возьму.

Анна застыла с тарелками в руках. Происходящее казалось ей нереальным. Неужели они вот так просто сейчас уедут? Оставят ей весь этот кавардак? А ведь Марк обещал… Она перевела взгляд на кухню, где громоздились грязные салатницы и блюда, это ещё хорошо, что не кастрюли и противни. Мысль о том, что придётся разгребать этот хаос одной, да ещё и после целого дня вынужденного гостеприимства, заставила её наконец высказаться.

– Почему я должна убирать дом после гостей твоей мамы? – с раздражением спросила она, глядя на беспорядок.

В комнате повисла тишина. Маргарита Ренатовна, застёгивавшая сапог, замерла на полусогнутой ноге. Наталья Эдуардовна перестала натягивать перчатки. Где-то в прихожей скрипнула вешалка – последние гости, кажется, тоже прислушивались.

– А что такого? – спокойно отозвалась Анфиса Тихоновна, продолжая поправлять причёску перед зеркалом. – Мы так хорошо посидели…

– Вы хорошо посидели, – перебила Анна. Внутри у неё всё дрожало – она не привыкла к конфликтам, но отступать было уже поздно. – А убираться должна. Хотя уговор был – мы только предоставляем помещение.

– Аня, – Анфиса Тихоновна повернулась к невестке с мягкой улыбкой, той самой, от которой у Анны всегда холодело внутри, – ну что ты так нервничаешь? Подумаешь, немного прибраться…

– Немного? – Анна обвела рукой гостиную. – Тут часа на два работы! А завтра на работу вставать.

Она чувствовала, как краснеет. Раньше она всегда молчала, проглатывала подобные моменты. Но сейчас… Сейчас почему-то стало важно не промолчать. Может, потому что это их новая квартира? Их с Марком дом, который они так долго ждали?

– Так, девочки, – вмешалась Наталья Эдуардовна, снимая перчатки. – Давайте все вместе быстренько приберёмся.

– Да уж, неудобно как-то получается, – поддержала её Маргарита Ренатовна, отставляя сумочку. – Мы тут нагуляли, а невестка должна убирать.

– Я очень устала, – качнула головой Анфиса Тихоновна. В её голосе появились жалобные нотки. – Да и поздно уже.

– Как будто я не устала! – ответила Анна, удивляясь собственной смелости. – И вы правы, уже поздно. И я не хочу торчать на кухне до утра после вашей гулянки.

Марк переводил взгляд с жены на мать. Он явно не ожидал такого поворота событий. Но всё же откашлялся и сказал:

– Мам, Аня права. Мы договаривались – ты всё организуешь сама. От начала до конца.

Анфиса Тихоновна как будто не услышала слов сына. Она смотрела в зеркало, медленно поправляя воротник пальто.

Наталья Эдуардовна решительно сняла пальто:

– Всё, хватит спорить. Мы сейчас вместе всё уберём.

– Да-да, – заторопилась Маргарита Ренатовна. – Куда тут тарелки составлять?

Анфиса Тихоновна постояла с минуту, потом молча сняла пальто и принялась собирать с подоконника бокалы. В повисшей тишине было слышно только позвякивание посуды да шорох пакетов с мусором.

Убирались молча. Только Наталья Эдуардовна изредка спрашивала, куда поставить то или это. Анна открывала шкафы, показывала, где моющие средства, доставала пакеты для мусора. Всё происходящее казалось ей странным сном.

Марк собирал бутылки, стараясь не греметь. В кухне шумела вода – Маргарита Ренатовна споласкивала тарелки перед тем, как составить их в посудомойку. Анфиса Тихоновна методично собирала со стола остатки еды, складывала их в пакеты.

Испачканную скатерть сложили в таз и залили прохладной водой с пятновыводителем. Утром останется только запустить машинку.

Через полчаса гостиная снова стала похожа сама на себя. Отодвинутый к стене стол, расставленные по местам стулья, помытый пол. В кухне негромко шипела посудомойка.

– Ну вот, совсем другое дело, – нарушила молчание Наталья Эдуардовна. – Спасибо всем.

Теперь можно было и расходиться. Анфиса Тихоновна молча оделась. В прихожей уже никто не спорил, кто куда поедет – все просто хотели поскорее закончить этот долгий день.

Марк взял ключи от машины. Анна проводила их до дверей. Неловкое «пока» – и тишина в подъезде.

Закрыв дверь за свекровью и мужем, Анна вернулась в гостиную. Села на диван, откинулась на спинку. Усталость навалилась разом – день выдался длинный. Из кухни всё ещё доносилось негромкое урчание посудомойки.

В голове крутились обрывки сегодняшних разговоров, смех гостей, звон бокалов. Что ж, могло быть и хуже. По крайней мере, убрались все вместе – и быстро, и почти без споров. Хотя, если бы не подруги свекрови, неизвестно, чем бы всё закончилось.

Тихо щёлкнул замок – вернулся Марк. Сел рядом, приобнял за плечи:

– Прости, что так вышло. Я должен был сразу вмешаться.

– Ничего, – Анна прижалась к мужу. – Главное, что разобрались.

– Устала?

– Ужасно. Пойдём спать? Завтра на работу.

В спальне Анна ещё раз мысленно поблагодарила Наталью Эдуардовну с Маргаритой Ренатовной. Хорошо, что у свекрови такие разумные подруги – они не дали перерасти ситуации в настоящий скандал.