— Какие твои деньги? — свекровь повернулась к гостям. — Вот представьте, приходит на работу, накрашенная, на каблуках! Сидит в офисе, кофе пьёт! А потом говорит: я работаю!Даша почувствовала, как краснеет от злости.— Прекратите меня унижать!— Унижать? — Тамара Николаевна рассмеялась. — Я правду говорю! Вот раньше женщины были другие! Готовить умели, детей рожали…— А вы только одного и родили! — вырвалось у Даши.

В комнате повисла тишина. Тамара Николаевна побагровела.— Ах ты… Да как ты смеешь! Гриша, ты слышишь, что она говорит? — Даша, извинись перед мамой! – сказал он жене, вставая из-за стола.— Извиниться? — Даша посмотрела на мужа. — После всего, что она сказала? — Это моя мать!— А я твоя жена! Но тебе плевать, как она меня унижает!Тамара Николаевна торжествующе улыбнулась.— Вот видите, какая она? Никакого уважения к старшим!— Получай, змея подколодная! Будешь знать, как унижать меня перед всеми гостями!Даша схватила букет цветов со стола и с размаху отхлестала им свекровь по морде. Лепестки разлетелись по комнате, а шипы от роз оставили царапины на лице Тамары Николаевны. Гости замерли. Тамара Николаевна схватилась за лицо, а по щеке потекла тонкая струйка крови от царапины шипами.

— Вон!!! — заорал Григорий, вскакивая из-за стола. — Вон отсюда!!!

— С удовольствием! — Даша схватила свою сумку. — Не забудь собрать вещи до вечера!

— Какие вещи? — не понял Григорий.

— Свои! Из моей квартиры!

Тамара Николаевна убрала руки от лица.

— Слышал, сынок? Твоя благоверная уже командует! А ты говорил — она хорошая, она добрая…

— Заткнись! — внезапно крикнула Даша. — Достала! Три года я терпела твои издёвки! Три года молчала, когда ты лезла в нашу жизнь!

— Даша, прекрати! — Гриша шагнул к жене.

— Нет, это ты прекрати! — она развернулась к мужу. — Прекрати быть тряпкой! Взрослый мужик, а до сих пор под мамочкой ходишь!

— Не смей! — Тамара Николаевна встала. — Не смей так говорить о моём сыне!

— О вашем сыне? — Даша рассмеялась. — Да он давно уже не ваш! Он мой муж! Был им, во всяком случае…

Гости начали потихоньку расходиться. Кто-то бормотал извинения, кто-то просто молча выскальзывал за дверь.

— Вот и показала своё истинное лицо! — Тамара Николаевна торжествующе посмотрела на сына. — А я тебе говорила — не та она женщина! Не пара тебе!

— Мам, помолчи! — устало произнёс Григорий.

— Что?! — свекровь охнула. — Ты ещё её защищаешь? После того, что она сделала?

— А что я сделала? — Даша повернулась к гостям. — Защитила себя! Впервые за три года! А вы знаете, как она измывалась надо мной? Как критиковала каждый шаг?

— Я учила тебя быть хорошей женой!

— Нет! Вы пытались сделать из меня послушную куклу! Как вашего сына!

Григорий схватил Дашу за руку.

— Хватит! Уходи немедленно!

— Убирайся!!! — подхватила Тамара Николаевна. — И не возвращайся!!!

— И не собираюсь! — Даша вырвала руку. — Но учтите: квартира моя! Я её купила на свои деньги! Те самые, которые якобы не зарабатываю!

— Врёшь! — свекровь побагровела. — Гришины деньги присвоила!

— Документы посмотрите! — усмехнулась Даша. — Там всё написано! И ипотеку я одна платила! Так что, Гриша, до вечера! Ключи кинь в почтовый ящик!

Она развернулась и пошла к выходу. За спиной раздавался крик Тамары Николаевны:

— Неблагодарная! Бессовестная! Гриша, не отпускай её!

Но Даша уже не слушала. Она спускалась по лестнице, чувствуя странное облегчение. Будто огромный камень свалился с души. Три года унижений закончились. И пусть ценой стал брак — оно того стоило.

Даша сидела в кресле, глядя на часы. До вечера оставалось полчаса.

Звонок в дверь раздался раньше. На пороге стоял Григорий с небольшой спортивной сумкой.

— Можно войти? Это всё-таки ещё и моя квартира…

— Уже нет! — Даша протянула ему документы. — Здесь всё чётко прописано: квартира куплена на мои деньги до брака! Что бы там не напридумывала твоя мать!

Григорий пробежал глазами бумаги.

— И давно ты это подготовила?

— Сегодня! Сразу после… Инцидента!

— Инцидента? — он усмехнулся. — Ты мою мать букетом по лицу ударила! А теперь говоришь — инцидент?

— А как ещё назвать то, что произошло? — Даша скрестила руки на груди. — Твоя мать публично унижала меня три года! Сегодня просто переполнилась чаша моего терпения!

— Она старше тебя! Ты должна уважать…

— Что? Возраст? — перебила Даша. — А она должна уважать меня как твою жену? Или это правило работает только в одну сторону?

Григорий прошёл в комнату, бросил сумку на диван.

— Давай поговорим спокойно! Без эмоций!

— Поздно, Гриша! Всё уже сказано!

— Ты же понимаешь, что мама просто…

— Нет! — Даша вскочила. — Даже не начинай её оправдывать! Я устала от этого! «Мама волнуется», «мама заботится», «мама хочет как лучше»… Меня эта заезженная пластинка уже достала! А то, что хочу я, тебя никогда не интересовало!

— Неправда!

— Правда! Когда она приходила без звонка и устраивала досмотр квартиры, ты молчал! Когда критиковала мою работу, ты молчал! Когда намекала, что я за тебя из-за денег вышла, ты тоже молчал!

Григорий сел в кресло.

— И что теперь? Развод?

— Да! Я устала быть между молотом и наковальней! Устала притворяться, что всё хорошо! Потому что ничего не хорошо!

— А как же наши планы? Дети?

— Какие дети, Гриша? — Даша горько усмехнулась. — С твоей мамой, которая будет учить меня их воспитывать? Которая будет говорить им, какая я плохая мать?

— Ты преувеличиваешь…

— Нет! Я наконец вижу всё ясно! Мы не пара! Ты никогда не встанешь на мою сторону! Никогда не защитишь от своей матери!

— А ведь она была права! Ты действительно думаешь только о себе! На всех остальных тебе плевать! – вставая, сказал он.

— Вот и прекрасно! — Даша натянуто улыбнулась. – Иди сотри с своей мамочки мои плевки!

— И ты вот так просто перечеркнёшь три года?

— Нет, не просто! Я долго к этому шла! Просто сегодня наконец решилась!

— Надеюсь, ты пожалеешь об этом! – злобно сказал он, идя в коридор.

— Не пожалею! А теперь уходи! И ключи оставь сразу мне! Хотя всё равно замки сменю на всякий случай, мало ли, у твоей мамочки дубликат завалялся!

Он злобно посмотрел на почти бывшую жену, положил связку на столик и сказал:

— Подавись!

— Прощай, Гриша! – вместо очередной грубости ответила ему Даша. — И передай своей маме — пусть больше не приходит тоже!

Прошёл месяц. Даша сидела в любимом кафе, когда увидела Тамару Николаевну. Та целеустремлённо направлялась к её столику.

— Надо поговорить! — без приветствия заявила бывшая свекровь.

— Нам не о чем разговаривать! — Даша отпила кофе. — Всё уже решено!

— Решено? — Тамара Николаевна села напротив девушки. — А ты знаешь, что мой сын страдает? Похудел, осунулся…

— Это его жизнь! Он взрослый человек!

— Какой он взрослый? — свекровь всплеснула руками. — Он же совсем один! Без жены, без…

— Без жены? — перебила Даша. — А как же вы? Разве не этого вы добивались?

— Я хотела для него лучшего!

— Нет! Вы хотели контролировать! И его, и меня!

К столику подошла официантка. Даша заказала ещё кофе, Тамара Николаевна отказалась.

— Послушай! — свекровь понизила голос. — Давай забудем прошлое! Начнём сначала!

— Зачем? Чтобы всё повторилось?

— Я изменилась! Правда! Эти недели многому меня научили…

— Вас? Научили? Бред какой-то! Не верю! – рассмеялась Дарья.

— Я поняла, что перегнула палку! Что слишком давила…

— Вы не просто давили! Вы пытались разрушить нашу семью! И у вас получилось!

Официантка принесла кофе. Даша размешала сахар, наблюдая, как Тамара Николаевна нервно теребит салфетку.

— Гриша очень изменился… — снова начала свекровь. — Даже не заходит ко мне! Говорит, что я во всём виновата!

— А разве нет?

— Может и да… — неожиданно согласилась Тамара Николаевна. — Но я же мать! Я хотела…

— Как лучше! — закончила Даша. – А знаете, в чём ваша проблема? Вы не видите в сыне взрослого человека! Для вас он всё ещё ребёнок, которого нужно опекать!

— Но он же…

— Нет! Он мужчина! Был им, во всяком случае! Пока вы не превратили его в мальчика, бегущего к мамочке за советом!

Тамара Николаевна достала платок, промокнула глаза.

— Я могу измениться! Правда! Только вернись!

— Поздно! Я больше не люблю его!

— Как не любишь?

— А вот так! Любовь умерла, когда я поняла, что он никогда не станет на мою сторону! Никогда не защитит!

— Но…

— Знаете… — Даша допила кофе. — Я благодарна вам! Именно вы открыли мне глаза! Показали, какой он на самом деле!

— Что ты такое говоришь?

— Правду! Теперь я свободна! И счастлива!

Тамара Николаевна встала.

— Ты ещё пожалеешь! Такого сына потеряла!

— Ну, не сына, конечно… — Даша улыбнулась. — Это вы его потеряли! Сначала мужа, потом и сына потеряете! Потому что он всё-таки повзрослеет! И поймёт, кто виноват в развале его семьи!

— Да как ты…

— Всего доброго, Тамара Николаевна! И больше не приходите! Ни ко мне, ни в мою жизнь!

Даша положила деньги за кофе и вышла из кафе. На душе было легко. Последняя страница её прошлой жизни была перевёрнута…