Катя медленно поднималась по лестнице, придерживаясь за перила. Голова раскалывалась так, что перед глазами плыли разноцветные круги. Начальница сама отправила её домой, заметив бледное лицо и потухший взгляд: – Катюша, иди-ка ты домой, лечись. Отчёты подождут до завтра.Уже у двери квартиры она услышала приглушённые голоса.Странно, Андрей должен быть на работе до вечера. Ключ мягко вошёл в замочную скважину, но Катя помедлила, прислушиваясь. Голос свекрови, властный и резкий, заставил её замереть:– Сколько можно тянуть, сынок? Ты же сам видишь – она не подходит нашей семье.
Катя почувствовала, как холодеет спина. Она осторожно приоткрыла дверь, стараясь не издать ни звука. Голоса доносились из кухни.– Мама, мы уже обсуждали это, – голос Андрея звучал устало и как-то безвольно. – Да, обсуждали! И что изменилось? – В голосе свекрови звенело раздражение. – Три года брака, а где внуки? Где уют в доме? Она же вечно на работе! А эти её странные подруги? Ты видел, как она одевается? Катя прижала ладонь ко рту, сдерживая рвущийся наружу возглас. Три года их брака превратились в список претензий, каждая из которых била точно в цель. – Лена – вот кто тебе нужен! – продолжала свекровь. – Помнишь её? Дочка моей подруги Валентины. Врач, между прочим. И готовит прекрасно, и характер золотой.
– Мама– в голосе Андрея появились нотки раздражения, но такие слабые, что Катя едва их различила.
– Не мамкай! – отрезала свекровь. – Я же о твоём счастье думаю. Катя – хорошая девочка, никто не спорит. Но она не для нашей семьи. Слишком… простая. Без амбиций, без стержня. Разве о такой жене ты мечтал?
Катя почувствовала, как по щеке скатилась горячая слеза. Простая? Без амбиций? А её повышение в прошлом месяце? А их с Андреем планы купить квартиру побольше? А отложенное материнство – разве не совместное решение, чтобы встать на ноги?
– И главное, – свекровь понизила голос до драматического шёпота, – она же не любит тебя по-настоящему. Я же вижу. Для неё брак – это удобство, стабильность. А ты достоин настоящей любви!
Тишина, повисшая после этих слов, оглушила Катю. Она ждала, затаив дыхание, что Андрей ответит, что он встанет на её защиту, что скажет матери – она не права.
Но муж молчал.
Это молчание было красноречивее любых слов. Оно говорило о сомнениях, о согласии, о предательстве.
Катя сделала шаг назад, но половица предательски скрипнула. Разговор на кухне мгновенно стих.
– Кто там? – голос свекрови стал приторно-сладким.
Катя выпрямилась, вытерла слёзы и вошла на кухню. Её появление произвело эффект разорвавшейся бомбы. Свекровь застыла с чашкой в руках, а Андрей резко побледнел.
– Катенька? Ты… ты разве не на работе? – свекровь попыталась изобразить радушие.
– Как видите, нет, – Катя удивилась, насколько спокойно прозвучал её голос. – Вернулась пораньше. Голова разболелась.
– О, бедняжка! – всплеснула руками свекровь. – Давай я тебе чайку заварю.
– Не стоит, – оборвала её Катя. – Я всё слышала.
Повисла тяжёлая тишина. Андрей смотрел в пол, будто изучая узор на линолеуме. Его руки нервно теребили салфетку.
– Что именно ты слышала? – свекровь перешла в наступление. – Если ты подслушивала…
– Я не подслушивала. Я пришла домой. В свой дом. Где, оказывается, решают мою судьбу без меня.
Катя посмотрела на мужа:
– Андрей, скажи честно, ты согласен с мамой? Я правда простая? Без амбиций? Не любящая тебя по-настоящему?
Андрей поднял глаза, и Катя увидела в них растерянность:
– Катя, ты не так поняла… Мама просто волнуется.
– Волнуется? – Катя горько усмехнулась. – Три года она «волнуется». Три года подтачивает наш брак. А ты… ты даже сейчас не можешь сказать ей «стоп»!
– Не смей говорить так с матерью! – вдруг вспылил Андрей, и Катя поняла: это конец.
– Вот оно что, – тихо произнесла она. – Значит, когда твоя мать называет меня неподходящей – это нормально. А когда я говорю правду – это неуважение?
Свекровь торжествующе улыбнулась:
– Вот видишь, сынок? Я же говорила – характер! Никакого уважения к старшим!
Катя почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Все эти годы она старалась быть идеальной невесткой: готовила, убирала, терпела бесконечные придирки и советы. А в ответ получила это?
– Знаете что? – она расправила плечи. – Вы правы. Я действительно не подхожу вашей семье. Потому что я не хочу быть частью семьи, где невестка – это вечно виноватая девочка, а взрослый мужчина не может принять собственное решение без маминого одобрения.
Свекровь побагровела:
– Как ты смеешь! Андрей, ты слышишь, как она разговаривает?
Но Катя уже не слушала. Она вышла из кухни и направилась в спальню. Руки дрожали, но движения были чёткими, механическими. Чемодан, белье, документы, любимые фотографии…
– Катя, постой! – Андрей появился в дверях. – Давай поговорим спокойно.
– Спокойно? – она обернулась. – А о чём говорить? О том, как твоя мать подыскивает мне замену? Или о том, как ты молча соглашаешься с ней?
– Ты преувеличиваешь! Мама просто…
– Волнуется, да? – Катя бросила в чемодан свитер. – Знаешь, что самое страшное? Не её слова. А твоё молчание. Ты даже не попытался меня защитить.
В дверях появилась свекровь:
– Вот видишь, сынок? Чуть что – сразу истерика, сразу собирает вещи! Никакой женской мудрости!
Катя застегнула чемодан:
– Женская мудрость – это терпеть унижения? Или делать вид, что не замечаешь, как свекровь методично разрушает твой брак?
– Катя, – Андрей попытался взять её за руку. – Давай всё обсудим. Ты же не можешь вот так уйти.
– Могу, – она мягко высвободила руку. – И знаешь что? Я даже должна это сделать. Ради себя.
– А как же наша любовь? – в его голосе появились умоляющие нотки.
– Любовь? – Катя горько усмехнулась. – Любовь – это когда защищаешь близкого человека. Когда ставишь его интересы выше мнения других. Даже если эти другие – твои родители.
– Вот! – торжествующе воскликнула свекровь. – Она хочет поссорить тебя с матерью! Я же говорила!
Катя покачала головой:
– Нет, Галина Петровна. Я не хочу никого ссорить. Я просто хочу быть счастливой. И сейчас понимаю – рядом с вами это невозможно.
Она взяла чемодан и направилась к выходу. В прихожей остановилась, сняла с пальца обручальное кольцо и положила на тумбочку.
– Катя, не уходи, – Андрей схватил её за плечи. – Я люблю тебя!
– Правда? – она посмотрела ему в глаза. – Тогда скажи сейчас своей маме, что я – твой выбор. Что ты не позволишь ей вмешиваться в нашу жизнь. Скажи!
Андрей беспомощно оглянулся на мать. Та стояла, скрестив руки на груди, и в её взгляде читалось: «Только попробуй!»
– Я… я не могу так сразу, – пробормотал Андрей. – Нужно всё обдумать.
– Вот и ответ, – тихо сказала Катя. – Прощай.
Она вышла из квартиры, где прожила три года, и медленно спустилась по лестнице. Только на улице позволила себе разрыдаться, прислонившись к стене дома.
Телефон в кармане завибрировал. Звонила лучшая подруга, Марина.
– Привет, ты где? На работе? – раздался жизнерадостный голос.
– Марин, – голос Кати дрожал. – Можно я к тебе приеду?ПРОДОЛЖЕНИЕ ЭТОЙ ИСТОРИИ ЗДЕСЬ — НАЖМИТЕ ЗДЕСЬ ЧТОБЫ ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ +