Девчонка оказалась цыганкой, а мальчишки вместе с женщинами намеревались её отлупить. Женя поднялась и схватила палку. — А ну стойте! Что задумали? Мальчишки разбежались, но женщины не отступали. — Ты кто такая? Отойди, мы ей всыплем! Пусть знает, как воровать! — И что же она у вас украла? — У меня — сметану, а у меня — кусок сала! Бесстыжая! Женя презрительно взглянула на них. — Детишкам еды пожалели! Она достала кошелёк, вытащила все оставшиеся бумажки — неважно, что это были последние деньги — и бросила их на землю.
— Поднимайте. Хватит драться из-за такой мелочи. — А ты, цыганка, гляди у меня! И ты, девка, в нашей деревне больше не появляйся! — Нечего из-за цыган на порядочных людей кидаться! Маленькая растрёпанная девочка отцепилась от Жени только тогда, когда женщины скрылись за кустами. — Спасибо! — она улыбнулась. — Ты как будто совсем не боишься. — Я просто устала. Брожу уже долго. — А почему ты воруешь, цыганка? Девочка пожала плечами: — Ну, если честно, мы всегда воруем. Это наша работа. Женя с трудом сдержала улыбку. — И ты так спокойно об этом говоришь? Девочка достала сало, хлеб, потом откуда-то извлекла нож. Появился зелёный лук и, видимо, та самая банка со сметаной. — Ну что, голодная? Садись. Будем есть. Мне недалеко идти, а тебе ещё долго.
Женя удивлённо подняла брови.
— Откуда ты знаешь?
— Я всё знаю. Во-первых, я цыганка. А во-вторых, из рода гадалок.
Женя рассмеялась.
— Да ладно! Гадалок не существует, это всё выдумки, чтобы деньги выманивать.
Кусочки сала с луком выглядели аппетитно. «Ну и пусть ворованное, — подумала она, — с утра ведь ничего не ела».
— А можешь мне погадать? Только денег у меня больше нет.
Девочка серьёзно посмотрела на неё.
— Могу. Но ты всё равно не поверишь. А я решу, стоит ли тебе доверять. Дай руку.
Цыганка долго всматривалась в ладонь, а когда заговорила, её голос стал совсем другим.
— Не жалей о том, что случилось. То, что было, не принадлежало тебе. Это было наказание за то, что ты отвергла счастье, посланное свыше. Теперь всё вернётся туда, где ты ошиблась.
Женя недоумённо хлопала глазами.
— Я ничего не поняла.
Девочка посмотрела на неё и уже обычным голосом ответила:
— И не надо. Когда придёт время, сама всё поймёшь. Ладно, мне пора, нужно успеть до заката.
Она деловито собрала остатки еды, спрятала их в невидимые карманы длинной юбки и побежала по дороге. Женя пробормотала:
— Странно. Все они такие странные.
Дом, куда она наконец добралась, был настоящей развалюхой. В двух окнах остались только стёкла, двор зарос травой. Как поняла Женя, здесь раньше жили родственники мужа.
Интересно, а что она тут будет делать? Сорвалась сгоряча, кому-то что-то хотела доказать? А может, здесь найдёт… Ладно. Поживёт несколько дней. Или хотя бы денёк отдохнёт — и обратно!
Она разгребла мусор в комнате с целыми окнами, застелила кровать своим покрывалом и прилегла. Но едва легла, слёзы сами полились из глаз. «Ну вот, прожила двадцать лет и…»
Не сразу услышала, что в доме кто-то говорит.
— Есть тут кто живой?
Она испуганно подскочила.
— Кто там?
«Всё, конец», — подумала она. Кто мог забрести в такой дом? Женя медленно открыла дверь.
— Кто здесь?
Широкоплечий мужчина, стоявший к ней спиной, вздрогнул.
— Ой, напугали! Странно, вы же сами только что искали живых.
— Искал, но не думал, что найду. Извините. Я с охоты еду, машина встала прямо у вашего дома. Решил, что дом пустой, может, хотя бы переночую…
Женя выпрямилась.
— Откуда ты тут взялся, в этой глуши? Ты же знаешь, я жила в городе, у меня муж… Стёпа, как же я рада тебя видеть! Что случилось? Почему ты плачешь?
Женя рыдала в голос, не в силах остановиться. Степан усадил её и сказал:
— Раз судьба нас снова свела, я никуда не поеду. Расскажи всё, поговорим.
Через час они сидели за столом. Степан достал фляжку, разлил содержимое по пластиковым стаканчикам.
— Давай, Жень, залпом! Так легче говорить будет.
Женя говорила без остановки, а Степан внимательно слушал.
— Вот так я и выкинула двадцать лет своей жизни из-за собственной глупости.
— Не скажи, что всё зря. Главное — понять, что свернула не туда.
— Сегодня цыганка сказала мне, что не нужно жалеть ни о чём, что я вернулась туда, где допустила ошибку. А их было столько, что и не сосчитать!
Степан положил руку на её.
— Начинай исправлять. В чём дело? Шанс выпал, а такое счастье людям редко даётся.
— Я виновата перед родителями.
— Да, это правда. Но я уверен, они простят.
Женя испуганно посмотрела на него.
— Они живы и здоровы?
— Конечно! Правда, уже не такие шустрые, но держатся. Мать разводит кур и уток.
Женя снова заплакала.
— Господи, какая же я дура! Ладно, давай спать ложиться, а утром поедем. Вернёмся туда, откуда ты когда-то сбежала.
Они легли вместе, не раздеваясь, просто потому, что так было теплее и спокойнее. Степан обнял её, и Женя сразу уснула.
Мать даже не дала ей сказать ни слова. Женя не успела извиниться, как мама обняла её и заплакала. Женя поняла: лучше умрёт, чем снова бросит родителей.
Деревня словно забыла, что она когда-то сбежала и не приезжала долгие годы. Люди здоровались, говорили, что она расцвела и похорошела.
За два дня душа начала оттаивать. Женя пыталась помочь матери по хозяйству, но та лишь отмахивалась:
— Отдохни после города-то!
А Женя и так отдыхала. В её комнате всё осталось, как прежде: ни пылинки, свежее бельё. Мать, видимо, регулярно всё обновляла. Ждала…
На третий день, ещё до рассвета, кто-то постучал в окно. Женя испуганно вскочила. В окне показалась голова Степана.
— Чего так испугалась? Собирайся, на рыбалку пойдём. Удочку для тебя прихватил.
Женя тихо рассмеялась. Точно так же, больше двадцати лет назад, он будил её на рыбалку. Хотела она или нет, ему было всё равно. Она выбралась в окно, прижалась к нему.
— Стёпка, ты такой… удивительный!
Он серьёзно посмотрел на неё.
— Раньше ты так не считала.
Женя улыбнулась.
— Раньше я была дурой, а теперь поумнела.
— Может, замуж за меня выйдешь?
Женя стала серьёзной.
— Если позовёшь, то, может, и выйду.
И тут же рассмеялась.
— Если догонишь!
Она припустила к реке. Ей было всё равно, что через три дня ей исполнится 42. Сейчас она снова была той самой молодой девчонкой, которая когда-то наделала столько ошибок.
А через год она уже нянчила Егорку…
Надеюсь, рассказ понравился! Поддержите, если не трудно, «палец вверх»! Спасибо, и всего доброго!