— Люба, сегодня едем с дачи домой, нужно генеральную уборку сделать. К нам родня едет, — зевая пробубнил сонный Пашка, покачиваясь в гамаке. — Какая родня? Твои братья в соседнем доме живут, мама – на соседней улице, сестра – тоже рядышком. Или я чего-то не знаю? – удивленно спросила Люба.— Да это двоюродная племянница мамы, живут где-то в Сибири, ни разу там не был. Едут на море отдохнуть, поживут у нас немного. — Почему у нас? Я не хочу, чтобы по моей квартире кто-то ходил!
Люба собиралась уже закатить скандал, как вдруг за ее спиной раздался скрипучий голос свекрови. — В какой такой «твоей»? Это моя «трешка», мне ее муж первый подарил. Поэтому кого хочу, того и пускаю. Надя с детьми приедет и будет жить здесь. Точка, — свекровь развернулась и ушла к своим грядкам. Люба задумалась. А ведь и правда: у нее нет ничего своего. Разве что старенький деревенский домишко и 10 соток земли. Единственное ее приданное, которое оставила бабушка Аня. Да и то сейчас тут хозяйничает свекровь. Бабушка Аня.. Она воспитывала Любу с самого детства. Ее не стало на следующий день после 18-летия Любы. И девушка осталась совсем одна. Отучилась на бухгалтера, на работе познакомилась с Пашкой. Тот быстро перезнакомил ее со всеми друзьями и многочисленной родней. Но Люба особо с ними не общалась: все так же оставалась нелюдимой, замкнутой карьеристкой и домоседкой. Вечерами сама смотрела какие-то онлайн-курсы, а Пашку спокойно отпускала потусить с друзьями.— Что ты в ней нашел?! – подтрунивал над Пашкой его лучший друг. – Не красотка, дома сидит постоянно, готовит так себе… Зачем тебе это?
— Ничего ты не понимаешь, у них Любовью – любовь! – шутил Пашкин брат и громко смеялся.
— Да, люблю ее! Она для меня как звезда путеводная. Это вы ее не видите, а я – вижу.
Перед свадьбой свекровь предложила Любе и Паше перебраться в «трешку». Свекровь квартиру сдавала, но решила, что молодые могут немного в ней пожить – пока свое жилье не купят. И тут же заявила: если родственники будут приезжать, селиться станут у них. Так что одну из комнат нужно сделать гостевой – такова ее воля…
— Конечно, приезжай! У нас поживете, — трещала по телефону свекровь со своей двоюродной племянницей Надей.
— Но как же, там же Люба с Пашкой живу, — пыталась отказаться Надя.
— Ничего не хочу слышать. Квартира большая, места всем хватит! Отдохнете, в море покупаетесь! Уж я-то знаю, какие тут цены на аренду. Раз можно у тетки пожить – поживешь у тетки! – как отрезала свекровь.
И Надя приехала – с мужем Ильей и детьми, Никой и Юрой. В их маленьком городке Шерегеше никакого моря не было, зато был горнолыжный курорт, много снега, тайга, а в нескольких десятках километров – шахты да разрезы. Каждый год всей семьей они выбирали город на карте России и ехали «путешествовать». В этом году пальчик Ники ткнул в Евпаторию, где жили Люба с Пашей и всей его родней.
— Ой, а у меня ж там родня живет, тетка двоюродная! Можно будет в гости сходить!
— Родня, говоришь? И много ее там? – подхватывая супругу на руки улыбнулся Илья.
— Ну, если каждый день ходить к братьям и сестрам, дядям и тетям, недели на три точно хватит, — звонко смеялась Надя…
Люба открыла дверь и недовольно покачала головой: приперся целый табор. Будут ходить тут, шуметь, дышать, очередь в туалет устроят…
— Привет, я – Надя, а ты – Люба? – протянула руку гостья.
— Да, пойдем покажу вашу комнату, — хмуро пожала протянутую руку Люба.
— Спасибо, что принимаете нас. Люба, расскажи, пожалуйста, какие у вас дома правила?
— Правила? – Любаша сообразила, что можно диктовать гостям условия. – Главное правило: не шуметь и не мешать привычному распорядку. Спать мы ложимся в 23:00, подъем – в 07:00. Днем мы на работе, вечером ужинаем, а потом у меня курсы.
Надя покачала головой, а потом вдруг спохватилась.
— Ой, забыла! Мы ж тут вам мед привезли, орехи кедровые… И вообще, давай-ка обед приготовлю, а ты отдохнешь. Не против?
— Готовь, мне-то что, — пожала плечами Люба и ушла в свою комнату.
По квартире растекался запах жареной картошки.
— Эй, хозяева, пожалуйте к столу! – позвала Надя.
— Я не хочу, тяжелая неделя была на работе, спать лягу, — отмахнулась Люба.
Вскоре на кухне зазвучали голоса. Грохотнул басовитый смешок Пашки и такой же – Ильи.
— Ребята, — услышала Люба голос Нади. – Любаша, наверное, устала, давайте потише будете говорить, человеку нужно выспаться.
— Да, — задумчиво проговорил Пашка.
Наутро Любу разбудил запах блинчиков. Сонная, она зашла на кухню. Так и есть: в раковине немытая посуда, около плиты – немного просыпанной муки. На столе – блюдо с горкой блинов.
— Любаша, извини, что я похозяйничала, сейчас приберусь. Ты очень устала за неделю, а тут еще мы приехали. Вот, решила неудобство компенсировать блинчиками. Ты ведь любишь блинчики?
— Да, но не умею печь. Бабушка раньше по субботам…
— Хочешь, научу?
— Вот еще! Обойдусь! – проворчала Люба, развернулась и гордо вышла из собственной кухни. А потом процедила сквозь зубы. – Можешь пользоваться кухней сколько угодно. Свекровь сказала, что ты тут на три недели хозяйка. Только продукты сама купи. Не собираюсь вас кормить…
В воскресенье Люба поехала к единственной подружке Катьке.
— В смысле, свекровь поселила у вас родню?! Эта Надька выживет тебя!
— Тоже боюсь этого! Я ж там на птичьих правах! А эта, приезжая, порядки свои устанавливает. Шастает по кухне, командует моим мужем. Еще и окно помыла у себя в комнате. Ей, видите ли, света белого не видно! А приехали знаешь как? Родня из Сибири едет, поживут у вас недели три — решила за нас свекровь и все, просто перед фактом поставила.
— Слушай, точно! Свекровь выгонит тебя, а квартиру этой Надьке отдаст! – еще сильнее накручивала Катька.
Любаша засобиралась домой. А дома ее ждало нечто странное. Надина семья и ее Пашка ужинают: салатик овощной да котлетки. Пахнет невероятно вкусно! Люба гордо прошагала мимо стола, взяла в холодильнике йогурт и демонстративно удалилась к себе.
— Зачем ты так? Надя – хорошая женщина. Она меня постоянно спрашивала, что можно и что нельзя у нас дома, холодильник набила продуктами, и с собой они столько вкусного привезли! – немного виновато говорил Пашка и гладил лежащую на диване жену по голове.
— А может, ты еще и женишься на своей Наденьке?! – зашипела Люба.
— Солнышко, ну что ты…
— Отстань! – отвернулась Люба к стенке.
Тут из-за стенки раздался голос Ильи. Мол, на Пашку и Любашу раздавать? А потом стук в дверь.
— Паша, Люба, мы собираемся в настолки поиграть, присоединяйтесь!
— Конечно, сейчас идем! – радостно ответил Пашка.
— А я никуда не пойду, — злобно прошипела Люба. +