— А почему бы тебе не продать свою квартиру? Вы же теперь с Серёжей вместе живёте. Зачем вам лишняя недвижимость? — Маргарита Егоровна отрезала кусок салата и отправила его в рот, внимательно глядя на невестку.Вика замерла с вилкой в руках. Этот вопрос возник во время обычного воскресного обеда у свекрови так неожиданно, что она не сразу нашлась с ответом.— Мы её сдаём, мама. Деньги идут в общий бюджет, — ответил за неё Сергей, продолжая есть.
— Это копейки, сынок. А если продать — можно вложить в что-то стоящее. Например, в первый взнос за загородный дом, — свекровь промокнула губы салфеткой. — В семье не должно быть «твоего» и «моего».Вика наконец справилась с удивлением:— Но эта квартира — память о моей бабушке. Я не хочу её продавать.— Память должна храниться в сердце, а не в квадратных метрах, — отрезала Маргарита Егоровна. — Правда, Серёжа?Сергей неопределённо пожал плечами, и Вика с облегчением подумала, что муж не поддержит эту странную идею. Она ошиблась.По дороге домой, в машине, он вдруг сказал: — А ведь мама правильно говорит. Почему бы не продать твою однушку?
— Серёж, ты серьёзно? — Вика повернулась к нему. — Это моя единственная собственность!— Именно об этом и говорит мама. В семье не должно быть разделения на «моё» и «твоё». У нас общий бюджет, общая жизнь. Почему бы не объединить и имущество?
Вика молчала всю оставшуюся дорогу, не веря, что этот разговор действительно состоялся.
— Он правда это сказал? — Наталья, лучшая подруга Вики, удивлённо подняла брови. Они сидели в кафе недалеко от офиса Вики во время обеденного перерыва.
— Да, и это только начало, — вздохнула Вика. — Вчера он опять завёл разговор о продаже квартиры. Говорит, что если я действительно строю с ним семью, то не должна держаться за своё имущество.
— А его квартиру вы тоже продадите? — прищурилась Наталья.
— В том-то и дело! Когда я задала этот вопрос, он сказал, что там мы живём, и это наш семейный дом.
— То есть твоя квартира — не твоя, а его — семейная? Удобно устроился!
Вика отодвинула тарелку:
— Понимаешь, раньше Серёжа никогда таким не был. Это всё его мать. Она с самого начала меня невзлюбила.
— А что она имеет против тебя?
— Всё, — грустно усмехнулась Вика. — Не из их круга, работа не престижная, одеваюсь не так, готовлю не так. Список бесконечный.
— И что ты будешь делать?
— Надеюсь, что это временное помутнение, и Серёжа скоро образумится.
Но Сергей не образумился. Напротив, с каждым днём он становился всё настойчивее.
***
— Вика, я всё решил. Нужно продать твою добрачную квартиру, а деньги поделить, — заявил Сергей, входя в комнату.
Вика едва не выронила книгу, которую читала.
— Что значит «поделить»? — спросила она, холодея от нехорошего предчувствия.
— Ну, часть пойдёт на ремонт нашей квартиры, часть — на новую машину. Мама считает…
— При чём здесь твоя мама? — перебила его Вика. — Это моя квартира, и я не собираюсь её продавать!
— Почему ты такая эгоистка? — Сергей нахмурился. — Мы женаты два года, а ты всё держишься за своё!
— Серёжа, а ты не находишь странным, что раньше этот вопрос не возникал? Почему вдруг сейчас?
— Потому что нам нужны деньги для развития. Мама правильно говорит: без инвестиций мы так и будем прозябать в среднем классе.
Вика закрыла книгу:
— Ты разговаривал с риелтором? Без меня?
Сергей отвёл глаза:
— Я просто узнавал примерную стоимость…
— Это уже слишком! — Вика встала. — Я не буду продавать квартиру. И точка.
— Тогда тебе придётся выбирать между квартирой и мной, — холодно сказал Сергей.
— Он не мог такого сказать, — Алла Павловна, начальница Вики, покачала головой. — Это же абсурд!
— Сказал, — кивнула Вика, с трудом сдерживая слёзы. — И это не пустые слова. Вчера пришёл домой с документами на развод.
— Господи, из-за квартиры? — Алла Павловна протянула ей салфетку. — Что с ним произошло?
— Маргарита Егоровна, — горько произнесла Вика. — Она никогда не скрывала, что я не пара её сыну. А теперь увидела возможность избавиться от меня и заодно прибрать к рукам мою квартиру.
— А сам Сергей? Неужели он не понимает, что им манипулируют?
— Раньше понимал, — Вика вытерла глаза. — Пока мы только начинали встречаться, он сам шутил над её попытками контролировать его жизнь. А сейчас… как будто подменили человека.
— Поговори с ним. Может, ещё можно всё исправить?
— Я пыталась, — покачала головой Вика. — Но он уверен, что прав. Говорит, что если я не хочу продавать квартиру, значит, никогда не доверяла нашему браку.
Вика сидела на кухне, когда услышала голоса в прихожей. Сергей вернулся домой не один.
— Ты всё правильно делаешь, сынок, — говорила Маргарита Егоровна. — Нельзя позволять женщине садиться тебе на шею.
— Но может, я слишком жёстко? — в голосе Сергея звучало сомнение.
— Ничего подобного! Она живёт в твоей квартире, пользуется всеми благами, а свою недвижимость бережёт. Зачем, спрашивается? Запасной аэродром готовит? А ты знаешь, почему она детей не хочет?
Вика потрясённо застыла. Они с Сергеем никогда серьёзно не обсуждали детей — оба хотели сначала встать на ноги, укрепить карьеры.
— Потому что планирует сбежать, когда найдёт кого-то получше, — продолжала свекровь. — Этой твоей Вике нужен был не ты, а стабильность и комфорт, которые ты обеспечиваешь.
— Мама, ты преувеличиваешь…
— Ничего я не преувеличиваю! — отрезала Маргарита Егоровна. — Всех женщин насквозь вижу. Твой отец тоже не верил, когда я говорила ему про Светлану с третьего этажа. А чем всё закончилось? Она к нему в штаны полезла при первой возможности!
Вика тихо открыла дверь на балкон и вышла, чтобы не слышать больше этот ужасный разговор. Ей нужно было подумать.
***
— А почему ты вообще согласился продать нашу дачу? — спросила Вика, когда они с Сергеем остались наедине.
— При чём тут дача? — удивился он.
— При том, что три года назад твоя мама убедила тебя продать семейную дачу. И ты согласился, хотя говорил, что любишь это место.
Сергей нахмурился:
— Ситуация была другая. Дача требовала вложений, а денег тогда не было.
— А сейчас ты хочешь продать мою квартиру. Странное совпадение, не находишь? Каждый раз, когда твоя мать что-то советует, ты оказываешься в финансовой яме.
— Не смей говорить так о моей матери! — повысил голос Сергей. — Она всегда желает мне только добра.
— А мне? Что она желает мне?
Сергей промолчал, и это было красноречивее любых слов.
— Я всё слышала, Серёж, — тихо сказала Вика. — Ваш разговор в прихожей. Про запасной аэродром, про детей, про то, что я с тобой из-за денег.
— Подслушивала? — лицо Сергея исказилось от злости.
— Я была на кухне! Не надо обсуждать меня в моём же доме, если не хочешь, чтобы я это услышала.
— В твоём доме? — переспросил Сергей с нехорошей усмешкой. — В МОЁМ доме, Вика. Ты здесь живёшь только потому, что я тебе это позволяю.
Вика отшатнулась, как от удара:
— Что ты сказал?
— Ты прекрасно меня слышала, — Сергей скрестил руки на груди. — Если ты моя жена, то должна принимать мои решения. Я решил, что нам нужно продать твою квартиру.
— А если я не хочу?
— Тогда нам не по пути.
— Он сам так сказал? — Андрей, младший брат Сергея, недоверчиво смотрел на Вику. Он приехал в командировку и позвонил ей, чтобы встретиться.
— Да, именно так, — кивнула Вика. — «Нам не по пути». Как будто речь идёт о выборе ресторана на вечер, а не о нашей совместной жизни.
— Не узнаю брата, — покачал головой Андрей. — Что с ним случилось?
— Маргарита Егоровна, — пожала плечами Вика. — Она всегда имела на него влияние, но последние месяцы это перешло все границы.
— Вы поэтому поссорились?
— Мы поссорились, потому что твой брат подал на развод. Без предупреждения, без попытки найти компромисс.
Андрей долго молчал, вертя в руках чашку.
— Я поговорю с ним, — наконец сказал он. — Это какое-то безумие.
— Бесполезно, — горько усмехнулась Вика. — Если уж я не смогла достучаться, то…
— Я его брат. Может, он меня послушает.
Вика переехала в свою квартиру на следующий день после того, как обнаружила в их спальне Маргариту Егоровну. Свекровь решила «немного освежить обстановку» и перевесила все фотографии, переставила мебель и даже выбросила некоторые вещи Вики, посчитав их «рухлядью».
Это стало последней каплей. Вика молча собрала самое необходимое и ушла. Сергей даже не попытался её остановить.
Теперь, разбирая коробки с вещами, она не могла поверить, что всё закончилось так быстро и так нелепо. Два года брака, перечёркнутые чужой завистью и манипуляциями.
Телефон звонил не переставая — Наталья, Алла Павловна, Андрей. Но не Сергей. Он молчал.
***
— Мы получили документы о разводе, — сказала Алла Павловна, заходя в кабинет Вики. — Ты как?
— Нормально, — Вика улыбнулась через силу. — Готовлюсь к суду.
— Он правда требует половину стоимости твоей квартиры?
— Да. Говорит, что имеет право, поскольку мы в браке.
— Но ведь квартира досталась тебе до свадьбы!
— Его адвокат пытается доказать, что мы вкладывали общие средства в её содержание.
Алла Павловна покачала головой:
— И подумать только, всё это из-за его матери.
— Знаешь, — Вика вздохнула, — иногда я думаю, что это к лучшему. Если он так легко поддаётся чужому влиянию, что готов разрушить нашу семью… Может, и не стоило её создавать?
— И всё же жаль, — сказала Алла Павловна. — Вы казались такой счастливой парой.
— Казались — ключевое слово. Я теперь думаю, что никогда его по-настоящему не знала.
— Ты совершаешь ошибку, — говорил Андрей, сидя напротив брата в кафе. — Из-за квартиры разрушить семью? Серьёзно?
— Дело не в квартире, — упрямо мотнул головой Сергей. — А в принципе. Если она не доверяет мне настолько, что боится потерять своё имущество…
— А сам-то ты что предложил? — перебил его Андрей. — Продать свою квартиру? Нет! Продать её квартиру и вложить деньги в вашу совместную жизнь, которая проходит в ТВОЕЙ квартире. Улавливаешь нестыковку?
Сергей нахмурился: +