Лада замерла в дверях нотариальной конторы, ощущая, как кровь отливает от лица. Перед глазами — картина, которую она меньше всего ожидала увидеть. Аркадий, её бывший муж, вальяжно развалился в кресле, поглаживая колено сидящей рядом беременной женщины. Инга — так вот как выглядит та, из-за которой разбился её брак. А в углу комнаты — довольная, словно кошка, объевшаяся сметаны, Зинаида Павловна, бывшая свекровь.— О, явилась не запылилась! — пропела Зинаида Павловна с фальшивой радостью. — А мы думали, может, не придёшь.Лада сглотнула ком в горле. Ещё неделю назад она и представить не могла, что дядя Геннадий, единственный родственник со стороны отца, внезапно уйдёт из жизни. А теперь стоит здесь, в конторе Семёна Марковича, чувствуя, как от нахлынувших эмоций немеют кончики пальцев.
— Здравствуйте, Лада Викторовна, проходите, — нотариус жестом пригласил её занять единственное свободное место.— Мы вас ждали, чтобы начать, — добавил он.Пройти через всю комнату, ощущая на себе эти взгляды. Взгляд Аркадия — с плохо скрываемым раздражением. Взгляд Инги — оценивающий, с долей превосходства. И взгляд Зинаиды Павловны — пронизывающий, будто рентген.Лада заставила себя выпрямить спину. В конце концов, она не виновата, что Аркадий бросил её три года назад. Не виновата, что дядя Геннадий вызвал её на прошлой неделе и что-то говорил про наследство. И уж точно не виновата, что он скончался от сердечного приступа на следующий же день после их встречи.— Как продвигается твоя карьера учительницы? Всё так же пытаешься научить детишек уму-разуму? — с нескрываемой издёвкой спросил Аркадий, пока нотариус перебирал бумаги.Лада промолчала, сжав зубы. Давний упрёк. Одна из причин их развода — её нежелание бросить любимую работу ради его амбиций.— А я вот, — Аркадий приобнял Ингу за плечи, — теперь представитель международной компании. Мы с Ингочкой и младенцем скоро переезжаем в новый дом. — В тот самый дом, что вы планировали делить? — не сдержалась Лада, бросив быстрый взгляд на стопку документов в руках у нотариуса.
Зинаида Павловна шумно выдохнула: — Лада, милочка, ты всегда была непрактичной фантазёркой. Геннадий был моим двоюродным братом, мы с ним столько всего пережили вместе! И дача эта, и дом в городе — он всегда говорил, что оставит их мне.
Лада вспомнила последний разговор с дядей. Его тёплый взгляд, морщинистые руки, сжимающие её ладони, и тихий голос: «Приходи в среду к нотариусу, девочка. Я кое-что для тебя оставил. Это поможет тебе начать новую жизнь после всего, что ты пережила».
Семён Маркович прокашлялся, призывая всех к порядку.
— Так, давайте начнём, — он надел очки и выпрямился. — Мы собрались здесь для оглашения последней воли Геннадия Петровича Коршунова, скончавшегося пятого апреля сего года. Завещание составлено и нотариально заверено месяц назад.
Аркадий нетерпеливо заёрзал в кресле. Инга, прикрыв глаза, поглаживала свой внушительный живот — срок был уже не меньше семи месяцев. Лада машинально отметила, что их роман начался ещё до развода.
— Скажите, Семён Маркович, — вкрадчиво начала Зинаида Павловна, — может, не стоит зачитывать всё полностью? Мы примерно знаем содержание, а времени так мало…
— Прошу прощения, — нотариус строго посмотрел поверх очков, — но по закону я обязан зачитать завещание полностью в присутствии всех наследников. Это не обсуждается.
Лада заметила, как переглянулись Аркадий с матерью. Что-то тут было не так. Какая-то их общая тайна.
— «Я, Коршунов Геннадий Петрович, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, завещаю…» — начал нотариус, но вдруг остановился и многозначительно посмотрел на присутствующих. — Боюсь, здесь есть некоторые неожиданные для вас моменты.
— Какие ещё моменты? — резко спросил Аркадий. — Дядя Гена обещал…
— Аркадий, помолчи, — шикнула на него мать, но было уже поздно.
— Обещал что? — тихо спросила Лада, чувствуя, как в груди разливается холодок.
Аркадий поджал губы, а Инга отвернулась, делая вид, что разглядывает картину на стене.
— Читайте дальше, — потребовала Зинаида Павловна, выпрямляясь в кресле.
Семён Маркович продолжил: — «…всё своё имущество, включая городскую квартиру по адресу Ленинградский проспект, дом пятнадцать, квартира сорок семь, загородный дом в посёлке Сосновый Бор, земельный участок площадью пятнадцать соток, а также все денежные средства на моих счетах…»
Лада почувствовала, как начинают дрожать колени. Неужели дядя действительно всё оставил ей? Но зачем тогда здесь Аркадий и его семья?
Нотариус сделал паузу, перевернул страницу и продолжил: — «…завещаю своей племяннице, Ладе Викторовне Коршуновой, урождённой Светловой, при условии…»
— Какие ещё условия?! — Зинаида Павловна вскочила с места, её лицо пошло пятнами. — Это какая-то ошибка! Геннадий обещал, что всё достанется нашей семье!
Аркадий побледнел и нервно потёр висок: — Дядя сказал мне месяц назад, что переписал завещание в нашу пользу. Мы же приезжали к нему каждые выходные, заботились…
— Заботились? — Лада не смогла сдержать горький смешок. — Вы не появлялись в его жизни годами. А потом вдруг, как узнали про его болезнь, стали «заботливыми родственниками»?
Инга презрительно фыркнула: — Нечего строить из себя святую. Думаешь, мы не знаем, зачем ты к нему ездила?
— Я ездила к нему, потому что мы с дядей Геной всегда были близки, — тихо ответила Лада. — Он был единственным, кто меня поддерживал после развода.
Семён Маркович постучал ручкой по столу: — Прошу тишины. Позвольте мне дочитать.
В комнате повисла напряжённая тишина. Зинаида Павловна медленно опустилась в кресло, но её взгляд, направленный на Ладу, был наполнен такой ненавистью, что по спине пробежал холодок.
— «…при условии, что она использует эти средства для создания образовательного центра для детей из малообеспеченных семей, о котором мы с ней неоднократно говорили. Для выполнения этого условия Ладе Викторовне предоставляется срок в два года с момента вступления в наследство».
Лада прикрыла рот ладонью. Детский центр — их общая мечта с дядей. То, о чём она говорила ему годами.
Аркадий вскочил. — Это просто смешно! Какой ещё центр? Да она даже собственную жизнь устроить не может!
Лицо Зинаиды Павловны вытянулось, а у Аркадия дернулся уголок глаза.
— «…а также объясняю причины своего решения. Кроме того, за неделю до составления настоящего завещания я прошёл полное медицинское обследование, результаты которого также прилагаются и подтверждают моё полное психическое здоровье». +