«Вы уверены?» — риелтор еще раз просмотрел документы. — «Дарственная — это серьезно. Потом вернуть будет сложно».«Уверена», — Яна поставила подпись. Рука не дрожала — она все решила.
Майское утро заливало солнцем нотариальную контору. На подоконнике мирно гудел кондиционер, пахло кофе из приемной. Обычный день, когда решаются необычные вопросы.«Мама знает, что делать», — Яна спрятала копию документов в сумку. — «Если что-то случится».Это было год назад. Задолго до того, как Дима начал задерживаться на работе. До появления незнакомого женского парфюма на его рубашках. До странных звонков по вечерам.
Яна не была наивной. Она выросла в семье юристов, где с детства учили думать на два шага вперед. Квартиру они купили на ее деньги — наследство от бабушки. Дима тогда только начинал карьеру, подписал ипотеку на машину.«Доченька, переоформи на меня», — мама тогда долго говорила с ней. — «Не для развода — для подстраховки. Мало ли что в жизни бывает».И Яна согласилась. Без скандала, без объяснений с мужем. Просто подарила квартиру маме. По документам — чистая сделка. А по факту — запасной выход.Телефон звякнул — сообщение от Димы: «Задержусь сегодня. Важная встреча». Яна грустно улыбнулась. Важная встреча. Как и вчера. И позавчера. Она открыла фотографию, которую прислал частный детектив: Дима и какая-то блондинка заходят в ресторан. Рука на талии, счастливые улыбки.
«Будешь?» — секретарша протянула чашку кофе.
«Спасибо, не хочется», — Яна поднялась. — «Все готово?»
«Да, через час будет полный пакет документов».
Яна вышла на улицу. Май выдался теплым — сирень уже отцветала, но воздух все еще хранил ее аромат. Они с Димой познакомились в мае, шесть лет назад. Он казался таким надежным, верным. Она поверила…
Телефон снова звякнул: «Милая, прости, сегодня очень поздно. Не жди».
«Хорошо», — ответила она. — «Я тоже задержусь. Нужно кое-что уладить».
В кафе было тихо — послеобеденное затишье. Яна выбрала столик у окна, достала папку с документами. Их с мамой любимое место — уютное, с пирожными как в детстве.
«Все взяла?» — мама присела напротив, сняла светлый жакет. — «Давай посмотрим».
Елена Сергеевна, в свои пятьдесят пять выглядевшая на сорок, была известным адвокатом по семейным делам. Она видела сотни разводов, знала все подводные камни.
«Вот выписка из банка», — Яна разложила бумаги. — «Он снял почти все деньги с общего счета. Вчера».
«Готовится», — мама кивнула. — «А это?»
«Детектив прислал. Последние три месяца — рестораны, гостиницы, ювелирный магазин…»
«Ювелирка?» — Елена Сергеевна приподняла бровь. — «Тебе ничего не дарил в последнее время?»
«Нет», — Яна грустно усмехнулась. — «Зато его новая девушка ходит с браслетом от Картье. Тем самым, который я видела в выписке с карты».
Официантка принесла их любимый лавандовый чай. Яна машинально размешала сахар — две ложки, как всегда.
«Значит, так», — мама достала ежедневник. — «Квартира оформлена на меня уже год. Чисто, законно. Общих кредитов нет. Машина его — пусть забирает. А вот со счетами придется поработать».
«Мам, мне не нужны деньги».
«Нужны», — Елена Сергеевна строго посмотрела на дочь. — «Это не просто деньги — это твои годы. Ты работала, откладывала. А он…»
«Я знаю», — Яна сжала чашку. — «Он вчера говорил с адвокатом. Я слышала разговор. Про раздел имущества, про квартиру…»
«Пусть говорит», — мама улыбнулась. — «Он ведь не знает про дарственную?»
«Нет. Думает, что сможет отсудить половину. Или хотя бы долю».
«А ты уверена? Про развод?»
Яна посмотрела в окно. По улице шла парочка — совсем молодые, держатся за руки. Как они с Димой когда-то.
«Помнишь, ты учила меня водить?» — она вдруг сменила тему. — «Говорила: смотри не только вперед, но и в зеркала. Там может быть опасность».
«Помню», — Елена Сергеевна накрыла ладонью руку дочери. — «И что ты видишь в зеркалах сейчас?»
«Ложь. Предательство. Двойную жизнь», — Яна достала телефон, открыла галерею. — «Смотри. Это неделю назад — ресторан «Небо». А это три дня назад — кинотеатр. А вот это…»
«Достаточно», — мама мягко забрала телефон. — «Я поняла. Когда?»
«Сегодня. Он придет поздно, после встречи с ней. Я все приготовила».
«Документы?»
«В сейфе у тебя в офисе. Вещи собрала — самое необходимое. Остальное потом заберу».
Телефон звякнул — снова Дима: «Купить что-нибудь к ужину?»
«Не надо», — напечатала Яна. — «У нас серьезный разговор».
Домой Яна вернулась к семи. В квартире пахло свежестью — она с утра открыла окна, сменила шторы, переставила вазы. Последняя уборка в этом доме.
На столе — их свадебное фото. Она тогда была в простом белом платье, он — в сером костюме. Никакой пышной церемонии, только близкие. «Главное не свадьба, а жизнь после», — говорил Дима. Красиво говорил.
Яна взяла фотографию, провела пальцем по стеклу. Шесть лет. Шесть лет она верила, что у них все по-настоящему.
Телефон звякнул — сообщение от детектива: «Они выходят из ресторана. Отправляю фото».
На снимке Дима целовал блондинку. Прямо на улице, не скрываясь. В той самой рубашке, которую Яна подарила на прошлый день рождения.
«Спасибо», — написала она. — «Больше не нужно».