Вера Петровна охнула и опустилась на стул: — Господи, во что же ты нас втянула… — Так, давайте начистоту, — Алла решительно поставила на стол чашки. — Катя, сколько ты должна и кому? — Вам за три месяца… — Катя запнулась. — И ещё кредит в банке. Я пыталась найти работу, правда пыталась! Но везде отказы. А потом придумала с комнатой… Думала, если сдам, хотя бы часть долга отдам. — И что, много желающих нашла? — усмехнулась Алла.

— Двое внесли задаток, — совсем тихо ответила Катя. — Господи! — простонала Вера Петровна. — Ещё и задатки взяла! За чужую квартиру! — Я верну! Я устроилась официанткой, через месяц первая зарплата… — Через месяц? — перебила Алла. — А эти люди где-то ждут, пока ты им задаток вернешь? И я, получается, тоже подожду? И банк твой подождёт? Катя молчала, опустив голову. По щекам текли слёзы. — Знаете что, — вдруг сказала Вера Петровна, выпрямившись. — У меня есть сбережения. Небольшие, на чёрный день берегла… — Вера Петровна, нет, — твердо сказала Алла. — Ваши сбережения пусть остаются при вас. Не для того вы их копили, чтобы покрывать… такие истории. Катя всхлипнула в углу. — Значит так, — Алла достала блокнот. — Пишем сейчас расписку. С графиком платежей. Официантка, говоришь? Сколько обещают платить?

— Тридцать тысяч…

— Хорошо. Значит, пятнадцать отдаешь мне. Пять — тем, кому задатки должна. Остальное — в банк и на жизнь. Вера Петровна, вы можете остаться здесь ещё на три дня, пока не найдете жилье. А ты, Катя…

— А что я? — подняла заплаканное лицо Катя.

— А ты едешь к своей подруге. И чтобы каждый месяц в строго оговоренное число — платеж. Иначе разговор будет другой.

— Алла, спасибо вам, — тихо сказала Вера Петровна. — Но я сегодня же уеду. Не могу я здесь оставаться после такого…

— И куда вы поедете? В гостиницу? На вокзал? — Алла покачала головой. — Оставайтесь. Три дня ничего не решат. А вот голову на свежую нужно приложить — как дальше быть.

Катя робко подняла руку:

— Алла Сергеевна, а можно я тоже останусь? Я бы помогла маме вещи собрать…

— Нет, — отрезала Алла. — Ты уже достаточно «помогла». Вещи свои забери и к подруге. Время ещё детское — доберешься.

Когда за Катей закрылась дверь, Вера Петровна обхватила голову руками:

— Как же так получилось? Я же учила её честности, порядочности… Откуда это всё?

— Знаете, — Алла присела рядом, — иногда дети вырастают совсем не такими, как мы их учим. Но сейчас важно другое — что делать будем?

— Делать будем вот что, — Алла достала телефон. — Сейчас звоним этим людям с задатками. Пусть приедут, вернем деньги. Объясним ситуацию. Потом…

— У меня есть квартира в Саратове, — вдруг сказала Вера Петровна. — Однушка. Я её сдаю. Может, продать? Расплатиться с долгами Кати…

— Даже не думайте! — резко ответила Алла. — Вы что, всю жизнь собираетесь её проблемы решать? Пусть учится отвечать за свои поступки.

Они просидели за кухонным столом до поздней ночи. Вера Петровна рассказала, как Катя с детства была способной девочкой, как хорошо училась в школе, поступила в престижный вуз. А потом что-то надломилось — начала врать по мелочам, пропускать занятия, занимать деньги…

— Я всё думала — переходный возраст, перебесится. Потом — молодая ещё, жизни не знает. А теперь вот…

Алла слушала и думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё утром она была готова вызвать полицию, обнаружив в своей квартире постороннего человека. А сейчас сидит на кухне с этой немолодой женщиной, у которой в глазах столько боли и растерянности, и понимает — нет, не чужой она человек. Просто запуталась, поверила дочери, хотела помочь…

На следующее утро приехали «квартиранты» забирать задатки. К счастью, обошлось без скандала — люди оказались понимающие, видя искреннее раскаяние Веры Петровны и твёрдое обещание Аллы вернуть деньги.

Катя пришла к обеду — притихшая, с опущенной головой. Принесла расписку о возврате долга, заверенную у нотариуса, и квитанцию о первом платеже — оказывается, заняла денег у подруги.

— Мам, прости меня, — она пыталась обнять Веру Петровну, но та отстранилась.

— Не сейчас, Катя. Мне нужно время, чтобы всё осмыслить. И тебе, наверное, тоже.

Вечером Вера Петровна собрала вещи:

— Алла, я не знаю, как вас благодарить. Вы могли устроить такой скандал…

— Могла, — согласилась Алла. — Но знаете… иногда стоит просто по-человечески поговорить. Хотя, конечно, ситуация некрасивая.

— Вы очень добрый человек, — Вера Петровна помолчала. — Только вот Катю, пожалуйста, не прощайте так просто. Пусть выплатит всё до копейки. Ей это нужно — понять цену своим поступкам.

Вера Петровна уехала к сестре — благо, та жила недалеко. Катя исправно приходила каждый месяц с платежами, но Алла видела — что-то в ней изменилось. Исчезла прежняя легкомысленность, появилась какая-то взрослая серьезность.

— Знаете, — сказала она однажды, отдавая очередной платеж, — я ведь теперь не только официанткой работаю. Устроилась по утрам уборщицей в офис. И на курсы бухгалтерские записалась — дистанционно, по вечерам учусь.

Алла молча кивнула. Она уже знала об этом от Веры Петровны — та изредка звонила узнать, как идут дела с выплатами.

— А мама… мама со мной до сих пор толком не разговаривает, — Катя вздохнула. — Только о погоде и о здоровье. Думаете, простит когда-нибудь?

— Простит, — уверенно ответила Алла. — Но не забудет. И правильно сделает — такие уроки забывать нельзя.

Прошло полгода. Катя выплатила весь долг — даже раньше срока. Оказалось, она действительно способная — быстро освоила бухгалтерию, нашла работу по специальности.

А вчера позвонила Вера Петровна:

— Алла, спасибо вам. За всё спасибо. Знаете, а ведь эта история… она нам с Катей глаза открыла. И ей, и мне.

— В каком смысле?

— Я поняла, что слишком долго считала её маленькой девочкой, которую нужно защищать и оправдывать. А она поняла, что пора становиться взрослой. По-настоящему взрослой.

Алла улыбнулась, вспоминая тот странный вечер, когда она вернулась из командировки и обнаружила в своей квартире незнакомую женщину. Кто бы мог подумать, что эта история так изменит жизни стольких людей…

— Кстати, — добавила Вера Петровна, — вы не поверите — Катя сама накопила на первый взнос по ипотеке. Маленькая квартира, конечно, но своя. Никогда не думала, что буду так гордиться тем, что моя дочь… просто честно платит по счетам.