Повисла тяжёлая пауза. Лев смотрел в пол, чувствуя, как его праведный гнев медленно превращается в стыд. Анна стояла прямо, расправив плечи, ожидая его ответа.— Прости, — наконец произнёс он. — Я погорячился. Давай всё будет как раньше, хорошо?Он ожидал, что Анна обрадуется, кинется его обнимать, пойдёт готовить ужин… Но она лишь покачала головой.— А зачем мне это? — спросила она с искренним любопытством. — Раньше я бы тебе сейчас ужин готовила, рубашки гладила, посуду мыла. А сейчас я уже поела, всё сделала и собиралась смотреть новую серию. Мне так даже удобнее, знаешь ли.
С этими словами она вернулась на диван, вставила наушники и снова включила планшет, оставив Льва стоять посреди комнаты с открытым ртом.— Мам, ты не поверишь, что она устроила, — Лев прижимал телефон к уху, заглядывая в пустой холодильник уже третий раз за вечер, словно надеясь, что там магическим образом появится еда.— Верю-верю, — в голосе матери слышалась улыбка. — И правильно сделала. Ты совсем обнаглел, сынок.— Что?! — Лев чуть не выронил телефон. — Ты на чьей стороне вообще?— На стороне справедливости, Лёвушка. Ты думаешь, твой отец в своё время только деньги в дом приносил? Он и готовил, когда я на смене была, и с тобой сидел. А сейчас вообще почти всё на себя взял, с тех пор как я заболела. Вот что значит настоящий мужчина.
Лев замолчал. Этой стороны родительских отношений он никогда не замечал.
— Но у нас так не принято, — буркнул он. — Я всегда обеспечивал семью, а Анна занималась домом.
— А сейчас она и работает, и домом занимается, — мягко заметила мать. — И что в этом справедливого?
Лев не нашёлся с ответом. После разговора с матерью он заказал доставку еды, поужинал в одиночестве на кухне и впервые задумался о том, сколько всего ежедневно делала Анна.
Первые дни без ужина, чистых рубашек и уютного дома стали для Льва холодным душем. К концу недели он уже клял себя за эту дурацкую идею с «пятьдесят на пятьдесят». Кто же знал, что поддерживать быт — такая морока? Весь холодильник завален полуфабрикатами, на плите — пригоревшая яичница (третья попытка!), а от цен в службе доставки еды глаза на лоб лезут.
Трижды он пытался испечь мясо, как это делала Анна. И трижды с треском провалился. Первый раз не разморозил как следует, во второй — пересолил так, что есть невозможно, а в третий умудрился забыть его в духовке. Пожарной тревоги, к счастью, не случилось, но кухню пришлось проветривать два часа.
А Анна тем временем словно сбросила тяжкий груз с плеч. Никакой беготни с работы в магазин, никаких «что сегодня готовить?» и «где чистые носки?». Простенький ужин для себя, спокойный вечер с книжкой, любимый сериал. В среду, вместо обычной стирки, она позволила себе встретиться с Машкой в кафешке после работы — представляете? В будний день! А на выходных, когда Лев мучился с пылесосом, просто валялась с книжкой на диване. Блаженство…
Лев смотрел на всё это, скрипел зубами, но признавал правоту жены. В пятницу он не выдержал. Сбежал с работы пораньше, заскочил в супермаркет, накупил всего на «тысячу мелочей» и примчался домой с твердымнамерением всё исправить. Расстарался, как в первые дни ухаживаний: свечи, бутылка того самого красного полусладкого, которое Анна втайне обожала, хотя всем говорила, что предпочитает сухое. И главное — курица в духовке. Не шедевр кулинарии, конечно, но от всей души.
Когда ключ повернулся в замке, Лев чуть не подпрыгнул от волнения. Анна застыла на пороге, принюхиваясь к домашним запахам, от которых успела отвыкнуть.
— А это что? — она настороженно кивнула на накрытый стол и мерцающие свечи.
— Ужин, — просто ответил Лев. — Для нас обоих. Я приготовил.
Они сели за стол, и Лев разлил вино по бокалам.
— Я много думал в эти дни, — начал он. — И понял, что был неправ. Ты всегда делала гораздо больше, чем я замечал или ценил.
Анна внимательно слушала, не перебивая.
— Я предлагаю новый договор, — продолжил Лев. — Мы оба работаем полный день. И мы оба должны заботиться о нашем доме. Я готов взять на себя часть домашних дел — покупку продуктов, посуду, мусор, может, что-то ещё, я пока плохо ориентируюсь, но ты говори, если что. А финансы… Давай будем вносить в бюджет пропорционально нашим зарплатам? Я — шестьдесят пять процентов, ты — тридцать пять. Это честно, как думаешь?
Анна задумчиво покрутила бокал в руках.
— Знаешь, — сказала она наконец, — я согласна. Но с одним условием. Мы действительно делим домашние дела, а не так, что я буду вечно напоминать и контролировать.
— Обещаю, — серьёзно кивнул Лев. — Я даже составил список и расписание. Вот, посмотри, — он протянул ей свой телефон с открытым файлом. — Я всё продумал.
Анна пробежала глазами по списку и улыбнулась.
— Знаешь, а из тебя может получиться неплохой муж, — сказала она с лукавой улыбкой.
Лев рассмеялся и поднял бокал.
— За новое начало? — предложил он.
— За партнёрство, — поправила Анна, чокаясь с ним.
Они сидели на кухне ещё долго, разговаривая и строя планы. А запечённая курица — пусть немного суховатая и пересоленная — казалась им в тот вечер самым вкусным блюдом на свете.