Юля послушно оделась, потому что что-то ей подсказывало, что если она этого не сделает, то Паша её так же на плече вынесет из квартиры и в нижнем белье, а этого ей точно не хотелось. Она ещё хотела позвонить своему отцу, чтобы тот вмешался в это семейное насилие, если это можно было так назвать, но телефон остался в спальне, около подушки. — Готова? Молодец! Так бы сразу и без криков сделала, и всё! А то выпендривалась ещё что-то! – сказал Павел, снова появившись на пороге в гостиной. — Телефон мне мой принеси из спальни! – попросила его супруга.

— Нет, дорогая! У тебя сегодня день без гаджетов! А то ты будешь постоянно в них залипать, а нам с мамой этого не нужно! – отказался он. Тогда Юля встала с дивана и на одной ноге попрыгала в спальню, но муж её туда не пустил. Завязалась небольшая борьба в коридоре, которую Юля снова проиграла, потому что нога снова начала сильно болеть. — Если уж ты такая активная, то… — Ты надо мной издеваешься специально, Паш? – чуть ли не плача, спросила его Юля. — Нет. Это ты над собой издеваешься! Собралась бы без каких-либо пререканий, так больно бы не было! – ответил тот. – А теперь марш к машине! — Телефон мне мой дай! – противилась Юля. — Зачем? Чтобы ты позвонила своему отцу? Или ещё кому-нибудь, и он потом мне выносил мозг? — Я была бы рада, если бы он вынес тебя куда-нибудь! Причём ногами вперёд! – злобно сказала Юля мужу.

Паша разразился хохотом от этих слов.

— Как скажешь, дорогая! А значит, ты телефон свой не получишь, пока не начнёшь себя нормально вести и разговаривать со мной!

— Я не понимаю, Паша! Что с тобой случилось? Пока я не сломала ногу, ты был нормальным, а как я тебе позвонила из травмпункта – тебя как будто подменили! Что случилось? Что с тобой не так?! – в сердцах спросила она мужа.

— Да потому что ты специально это сделала! Ты же изначально ничего не хотела делать на той квартире, даже ехать туда не хотела, а тут сломала ногу и думала, отмажешься от помощи? Нет уж! Я просто терпеть не могу такого поведения, как у тебя сейчас! Когда человек уже пообещал и старается избежать обещанного!

— Ты реально думаешь, что я сломала ногу лишь бы не ехать в тот клоповник?! – была поражена Юля. – Ты серьёзно? Какой мне резон мучиться с такой болью и больше месяца прыгать на костылях, и всё это чтобы только не ехать с тобой? Это же полнейший бред!

— Мама мне сказала, что ты так отреагируешь на это! – ухмыльнулся он. – И, как я вижу пока, моя мама знает тебя намного лучше и видит тебя насквозь!

— Что ж твоя мама себя не видит насквозь и того, кого вырастила? – спросила девушка.

— А что с нами не так? Я просто не люблю вот такую необязательность…

— Нет, Паша! Ты почему-то думаешь, что я принадлежу тебе! Как вещь какая-то! Вот и всё!

— Думай, как хочешь! – безразлично ответил он супруге. – А теперь марш в машину!

Юли было нечего делать, кроме как допрыгать до порога, надеть на здоровую ногу кроссовок и ждать мужа.

Пока Паша что-то ещё искал дома, чтобы взять с собой, он и не подозревал, что жена никуда не вышла, а сидит на стульчике около порога и ждёт его.

— И что ты всё ещё тут делаешь? – спросил он её недовольно, когда тоже пошёл обуваться.

— А я как должна, по-твоему, спуститься? У меня ничего для этого нет…

— Как ломала, так и спускайся! – отрезал он. — Думать надо было раньше тебе об этом!

— Ладно… Тогда я останусь сидеть тут, а ты езжай! Подлизывай дальше своей матери за…

— Достала! – недовольно перебил слова супруги Павел, схватил её и снова перебросил через плечо, подхватил пакет со всякими тряпочками и средствами, что брал с собой, и пошёл к машине. Юля больше не сопротивлялась, не видела в этом смысла, доставлять себе же новую боль больше не хотелось, тем более тогда, когда этого можно избежать…

Приехав в квартиру покойной бабушки Павла, ту, которую они сегодня и должны были подготовить к продаже, его мать ещё не появилась около подъезда, поэтому молодые люди тоже остались на улице ожидать своего ключника.

— Я всё равно ничего не буду там делать! – заявила мужу уже не в первый раз Юля.

— Куда ты денешься? Ты пообещала мне, а значит, обязана выполнить обещанное! С тебя вся сантехника, полы и кухня! Шкафчики там от жирных пятен ототрёшь и всякое такое… А мама займётся разбором хлама на балконе.

— Паша! Повторяю, ещё раз! Я ничего не буду там ничего делать! Во-первых, пока ты не извинишься передо мной! Во-вторых, пока не срастётся перелом! А в-третьих…

Она не успела договорить, в окно Павла постучали. Это была его мать. Он не стал дослушивать свою супругу и вышел из машины, поздоровался с матерью, а после она заглянула в окно, чтобы посмотреть на Юлю. Когда женщина это делала, она как-то жутковато улыбалась, на лице читалось неприкрытое злорадство.

Юля очень хотела добраться до своего телефона, чтобы позвонить отцу и тот забрал бы её отсюда, он не дал бы дочь в обиду. Да и она сама раньше ни за что бы не предположила, что Паша, её любимый Паша, так может себя повести…

Всегда в их семье царил мир и покой, всегда любой конфликт заканчивался, не успев начаться, а тут…

Пока девушка сидела в машине и думала, как ей поступить, что ей делать, дверь с её стороны открылась. Там стояла свекровь и злорадно ей сказала:

— Что, не смогла отвертеться, да?

— Я и не собиралась от этого отворачиваться! Но сейчас…

— Да, конечно! Я Паше своему сказала, что ты начнёшь юлить, как только надо будет куда-то ехать, и тут ты ломаешь ногу свою, это уж точно не совпадение, и он наконец понял, какая ты лживая особа! А я ему вчера ещё объяснила, на ком он женился, и наконец он услышал голос разума, мой голос!

— Что вы такое несёте, Ирина Константиновна?! – злилась девушка, но не могла ничего сделать, даже дотянуться до этой наглой физиономии свекрови, чтобы заставить её замолчать, а этого Юле сейчас хотелось больше всего на свете.

— Так, мам, иди в квартиру, а я этот мешок с собой занесу, а то она опять начнёт тут отпираться, что идти не может!

Ирина Константиновна ушла, а Паша отстегнул Юлин ремень безопасности и выволок супругу из машины, опять погрузил её себе на плечо, не взял на руки, как сделал бы раньше, а именно как мешок с картошкой погрузил на плечо и понёс в квартиру. Девушка не сопротивлялась этому больше, потому что понимала, что больше сама пострадает, чем доставит мужу неудобство.

Когда Паша с Юлей поднялись наверх, в квартиру, он сбросил её на диван в гостиной, так же, как дома сегодня утром.

— Итак, взяла тряпки и что нужно и начинай с ванной комнаты! – заявила девушке свекровь.

— Нет! Не буду! Вам надо, вы и делайте! – отказалась та.

— Юля, хватит пререкаться! Всё равно ты отсюда не уйдёшь, пока не сделаешь то, что должна!

— А я должна на одной ноге прыгать, чтобы вам тут клоповник этот вылизать к продаже? Ты со своей матерью, дорогой, за кого меня принимаете? За рабыню?

— Я сказал: ты должна! Значит, должна! Взяла и пошла или там… Попрыгала всё делать! – схватив супругу за предплечье, сказал Павел. – Иначе ты тут останешься жить без еды и воды, пока всё не сделаешь! Раз пообещала, будь так добра, не доводи до греха ни меня, ни себя.

— Отпусти меня!!! – закричала Юля, вырываясь из этой мёртвой хватки.

— Слушай, сынок, заткни её, чтобы не верещала тут! А то меня даже звук её голоса раздражает! – попросила Ирина Константиновна сына и вышла.

А Паша присел на корточки рядом с женой, и тут Юля уловила момент, схватила мужа за голову и ударила его об коленку загипсованной ноги. Пока Паша приходил в себя после этого, девушка выхватила у него телефон, разблокировала и позвонила отцу.

— Да, Паш… — услышала она голос папы.

— Папуль, приедь за мной, пожалуйста, я в квартире бабки своего мужа с поломанной ногой, и из меня принуждают… — успела выпалить она, пока Паша не выхватил у неё телефон.

Он ударил жену по лицу за содеянное и начал орать. Её отец всё ещё был на связи и всё это слышал.

Буквально через тридцать минут он приехал за дочерью. Начал тарабанить в дверь, только с четвёртого раза ему открыли.

— Где Юля?! – закричал он на зятя.

— Забирайте эту лгунью, и чтобы духа её больше не было в моей квартире! – сказал ему Паша.

Отец, оттолкнув парня, побежал к дочери, она сидела на диване в гостиной и плакала, держась за лицо. На руках уже виднелись синяки.

Мужчина не стал ввязываться в драку с её мужем, а подхватил дочку на руки и вынес из этой квартиры, но повёз он её не домой, а сразу в отделение полиции. Там она написала заявление на мужа и свекровку и поехала с отцом снимать побои сразу.

— Папа, как же так?.. – плакала девушка, когда они ехали за её вещами в квартиру мужа. – Почему всё было хорошо и резко всё изменилось? Что я им такого сделала? Я не понимаю…

— Они ещё за всё ответят, Юль! – не зная, что ещё сказать, ответил он дочери.

— Но за что они так со мной? Я же не виновата, что сломала ногу, я же… Он назвал меня лгуньей и что его мать всегда так говорила про меня, и что только теперь он видит моё истинное лицо…

— Я не могу тебе ничего ответить на этот вопрос, дочка… Люди разные бывают, и тебе сейчас попались плохие… Ничего, встретишь ещё хороших в своей жизни…

Пашу и его мать судили за избиение и издевательства над девушкой, соседи Юли и Паши подтвердили, что весь прошлый день у них дома были жуткие крики и некоторые даже видели, как он её нёс и насильно усаживал в машину рано утром.

В итоге они развелись, а поскольку квартира была ипотечная и только взятая, она не досталась никому, зато Юля отсудила неплохую сумму у семьи своего бывшего мужа за всё, что ей пришлось перенести в тот день. А самого Пашу посадили на три года…

А он только повторял постоянно, что хотел как лучше для семьи, а жена решила сделать, как эгоистка, и потом только пользоваться деньгами с продажи квартиры его бабушки, ничего при этом не сделав своими руками там. Как выяснилось позже, это всё ему долго и упорно внушала его мать.

Юля же замкнулась в себе, не желая больше верить никому из противоположного пола…