— Опять ты начинаешь? — Костя резко погрустнел.— Да, но на этот раз ты сможешь убедиться, что я не зря так говорю. — я включила видео и дала Косте телефон.Пока он смотрел на доказательство моей правоты, лицо его постепенно менялось. Выражение недоверия сменилось удивлением, затем злостью, а потом на нём отразилась твёрдая решимость. — Теперь ты мне веришь? — с надеждой спросила я. — Если бы мне показал это кто-то другой, я бы решил, что эта не настоящее видео. — ответил Костя, возвращая мне телефон. — Да как у неё язык повернулся такое тебе сказать? — Она очень часто меня оскорбляет, но стоит тебе появиться, тут же превращается в идеального человека.
— Любимая, прости, что я тебе не верил, я действительно не мог представить, что она на такое способна. — Ничего, я понимаю. — сказала я довольная, что мне удалось переманить мужа на свою сторону. — Я с ней поговорю, этого больше не повторится. — пообещал мне Костя. Костя сдержал своё обещание и поговорил с матерью. Он не стал ей рассказывать, что я сняла её на видео, поэтому она изо всех сил старалась его убедить, что я всё придумала, чтобы их поссорить. Такая ложь матери ещё больше разозлила Костю, и он сказал, что не видит возможности общаться с ней так же, как раньше. С того момента общение нашей семьи с Еленой Петровной стало сильно ограниченным, чему я была очень рада. Я перестала считать субботу самым плохим днём недели, и моё ментальное состояние значительно улучшилось. Однажды вечером у Кости зазвонил телефон, это была Елена Петровна. Я с любопытством посмотрела на экран мобильного, и Костя, увидев это, нажал на кнопку «ответить» и включил громкую связь.
— Костя, привет, я звоню по делу. — раздался в трубке голос свекрови.
— Да, мам, что-то случилось? — спросил Костя.
— Ничего особенного, просто хочу тебе сообщить, что завтра я еду к нотариусу, хочу отписать свою квартиру Паше.
Паша-это младший брат Кости. Муж часто мне жаловался на то, что Пашу мама любит больше, чем его, и что в детстве ему это приносило много слёз.
— Ну, ты меня не удивила. — просто ответил Елене Петровне Костя.
— У вас с Надей квартира есть, а Пашенька у нас без всего, не дело это.
— Конечно, я на работе пропадаю, чтобы выплачивать долг за нашу с Надей квартиру, а Паше всё просто так достанется. — не смог всё-таки сдержаться Костя.
— Ой, вот только не надо из себя несчастного строить, тебе же жена важнее матери, ты это уже показал. — огрызнулась Елена Петровна.
— Хорошо, мам, я всё понял, переписывай квартиру на Пашу.
— Вот и славно. Ну, пока, сынок. — и свекровь сбросила трубку.
— Не переживай, расплатимся за нашу двушку, и всё будет хорошо. — попыталась я утешить мужа.
— Конечно, будет. — согласился Костя и отбросил телефон в сторону. — Просто обидно, всегда всё она только для Паши делает. — остаток вечера муж ходил в расстроенных чувствах.
Я очень надеялась, что на этом сюрпризы от свекрови закончились, но не тут-то было. Спустя пару недель после новости о квартире, наше спокойствие нарушил настойчивый звонок в дверь. Я пошла открывать и увидела на пороге Елену Петровну, в одной руке она держала большую сумку, а в другой чемодан на колёсиках.
— Спускайтесь вниз и помогите поднять вещи на ваш этаж, я переезжаю к вам — Заявила свекровь.
— Кость! — громко крикнула я, не впуская женщину в квартиру.
— Что происходит? — Костя вышел из комнаты и удивлённо уставился на мать.
— Сынок, разберись со своей женой, держит меня на пороге. — пожаловалась Елена Петровна.
— Твоя мама говорит, что переезжает к нам. — объяснила я мужу суть происходящего.
— Что? Это ещё почему? — Костя изумлённо посмотрел на мать.
— Я же тебе говорила, квартира теперь Пашина, пусть один поживёт, личную жизнь наладит, а я с вами останусь.
— Здорово ты придумала! — недовольно воскликнул Костя. — То есть, Паше квартира, а нам ещё одного жильца?
— Как тебе не стыдно, я же твоя мама! — возмутилась свекровь.
— Как вы себе представляете нашу совместную жизнь? — вступила я в спор. — В одной комнате мы с Костей, в другой Серёжа, а вы куда?
— Я с Серёжей отлично поселюсь, ни к чему маленькому ребёнку целая комната.
— У него должно быть своё пространство. — возразила я.
— Да какая разница?! — не выдержал Костя. — Будь у нас хоть целый дом, я бы этого не допустил. Забирай свои чемоданы и езжай к Паше, с нами ты жить не будешь.
— Да как ты…
— Очень легко. — Костя подошёл к матери. — Давай, помогу всё обратно в машину погрузить. — и он попытался взять у Елены Петровны чемодан.
— Просто выставишь меня за порог? — свекровь гневно смотрела на Костю.
— Да, именно так. — Костя нажал на кнопку вызова лифта. — Жена у меня плохая, я тоже не идеальный сын, зачем тебе с нами жить?
— Действительно, Елена Петровна, разве вам приятно будет смотреть на мои обезьяньи повадки, поберегите себя. — с ухмылкой проговорила я.
— Я вам этого не прощу, выставить меня на улицу!
— Не на улицу, а в свою квартиру. — поправил её Костя, затаскивая чемодан в лифт.
Елена Петровна ещё долго не хотела успокаиваться, она кричала, что мы не можем так с ней поступить, что мы семья, и всё в таком духе. К моей радости, Костя был настроен решительно и не поддавался ни на какие увещевания матери. Когда он спустил её вниз, оказалось, что там ожидала большая машина, нагруженная коробками вещей, с которыми свекровь планировала к нам переехать. В итоге, весь её скарб отправился обратно, и Паша ещё долго заносил все вещи назад в квартиру.
Этот случай окончательно убедил Костю в том, что его настоящая семья мы с Серёжей. У Паши хватило наглости позвонить ему и начать кричать, что он не имел права выгонять мать, и что Паша тоже должен пожить в своё удовольствие, а из-за Кости этому не бывать. Костя молча выслушал все претензии младшего брата, а потом пожелал ему счастливой жизни с мамой и положил трубку. Испорченные отношения были небольшой платой за нашу свободу, и Костя это прекрасно понимал. Он был разочарован в своей семье, но зато у нас дома всё было хорошо. Мы сумели сохранить свой маленький мирок, где нам было комфортно и уютно, и где не было места скандалам и упрёкам.