— Ну что ты кричишь? — вздохнула Алевтина Максимовна. — Мы с Зиной на диване, Танечка с Прошей и детьми на полу… — Да вы с ума сошли! — Марьяна оглядела собравшихся. — Вы что, реально вшестером собрались жить в моей однушке? Неделю? А может, месяц? Или год?— Пока на ноги не встанем, — пожала плечами Алевтина Максимовна. — Ты же не выгонишь родню на улицу? Дети снова заплакали. Прохор продолжал снимать. Зинаида Петровна картинно вытирала слезы. — Славочка, сынок, — всхлипнула свекровь, — я же для тебя стараюсь. Хочу быть ближе к тебе, помогать… — Помогать? — Марьяна прислонилась к стене. — Вы называете это помощью? Втайне от меня спланировать переезд, поставить перед фактом? — А что такого? — вмешалась Татьяна. — Ты же обеспеченная, квартира есть. А мы что? В деревне прозябаем…
— Вот именно! — подхватила Алевтина Максимовна. — У тебя есть, а с родней не хочешь делиться. Эгоистка! — Господи, — простонала Марьяна, — да вы хоть понимаете, что творите? Какое право вы имеете распоряжаться чужим имуществом? — Чужим? — возмутилась Зинаида Петровна. — Ты что, забыла? Ты теперь часть семьи! А в семье… — Если я часть семьи, то почему со мной никто не посоветовался? — перебила Марьяна. — Почему всё решили за моей спиной? Святослав наконец отлип от стены: — Мам, тётя Аля, может, действительно стоило сначала обсудить… — Что обсудить? — взвилась Зинаида Петровна. — Ты же сам говорил, что нам можно пожить у вас! Марьяна медленно повернулась к мужу:
— Что ты им сказал?
— Я… это… — Святослав побледнел. — Я просто сказал, что если что… в крайнем случае… ненадолго…
Марьяна медленно выдохнула, расправила плечи и окинула взглядом собравшихся:
— Значит так. Сейчас вы все берете свои вещи и уходите. Либо ухожу я, возвращаюсь с полицией. Выбирайте.
В прихожей повисла тишина. Только маленькая Ульяна продолжала всхлипывать, уткнувшись в плечо матери.
— Да ладно вам… — Прохор опустил телефон. — Мы вообще-то квартиру уже нашли. Тут недалеко, три остановки на автобусе.
— Что?! — Татьяна уставилась на мужа. — Какую квартиру?
— Двушку. За нормальные деньги. Просто хотел на первом взносе сэкономить, — Прохор пожал плечами. — Думал, поживем тут недельку, пока деньги не соберем…
— Так у вас есть где жить? — Марьяна схватилась за дверной косяк.
— А что такого? — Прохор усмехнулся. — Все так делают. Сначала у родни перекантовываются, потом…
— Вон отсюда, — тихо произнесла Марьяна. — Все вон.
— Доченька, — Зинаида Петровна всплеснула руками, — да мы же пошутили! Дом в деревне никто не продавал. Просто хотели проверить, насколько ты добрая, отзывчивая…
— Что? — теперь уже Святослав развернулся к матери. — Вы специально это устроили?
— Конечно, Славочка! — Зинаида Петровна лучезарно улыбнулась. — Надо же было проверить, достойна ли твоя жена нашей семьи. А она, видишь, какая черствая оказалась! Даже родню приютить не хочет.
— Мама, — Святослав впервые за вечер посмотрел матери прямо в глаза, — ты это специально? Чтобы унизить Марьяну?
— Да что ты, сынок! Просто небольшой урок. Городские, они же все такие — только о себе думают…
— Убирайтесь, — процедил Святослав. — Немедленно.
— Славочка…
— Вон! — Святослав распахнул входную дверь. — И чтобы без предупреждения больше не появлялись.
Зинаида Петровна прижала к груди сумочку:
— Как ты можешь? Родную мать…
— А как ты можешь? — перебил Святослав. — Устроить этот цирк, снимать на камеру, издеваться над Марьяной? Ты же знала, что это её квартира!
Через пять минут в прихожей остались только Марьяна и Святослав. За окном послышались возмущенные голоса — родственники что-то бурно обсуждали во дворе.
— Прости меня, — Святослав обнял жену. — Я должен был давно это сделать. Остановить её.
— Почему не остановил? — Марьяна отстранилась.
— Боялся. Всю жизнь боялся ей перечить. Она же все решала за меня — куда поступать, где работать, с кем дружить…
Телефон Марьяны звякнул. В семейном чате появилось видео с подписью «Городская невестка выгоняет родню на улицу». Под постом уже набралось с десяток гневных комментариев.
— Прекрасно, — Марьяна горько усмехнулась. — Теперь вся родня будет считать меня монстром.
— Нет, — Святослав решительно достал телефон. — Я сам напишу, как все было.
Год спустя…
— Марьяночка, мы с Алевтиной хотели бы заехать в воскресенье, — голос Зинаиды Петровны в трубке звучал непривычно робко. — Если ты не против, конечно.
— В воскресенье мы заняты, — ответила Марьяна. — Можно в следующую субботу, часов в шесть.
— Хорошо, как скажешь, — вздохнула свекровь. — Славик дома?
— Нет, — Марьяна улыбнулась, — он на курсах личностного роста. Учится говорить «нет».
— Вот как… — протянула Зинаида Петровна. — Ну, до субботы тогда.
Марьяна положила трубку и посмотрела на фотографию, стоящую на полке — их со Святославом свадебное фото. За этот год многое изменилось. Святослав наконец-то начал принимать собственные решения. Зинаида Петровна больше не пыталась управлять жизнью сына. А Марьяна\… Марьяна поняла, что иногда нужно просто уметь защищать свои границы.
В дверь позвонили. На пороге стояла соседка:
— Марьяночка, у меня племянница в город переезжает. Может, пустите пожить на недельку?
Марьяна рассмеялась и покачала головой:
— Извините, но нет. У нас не гостиница.
— Жаль, — вздохнула соседка. — А то Зинаида Петровна говорила, что вы добрая, всегда родне помогаете…
— Была такая история, — кивнула Марьяна, прикрывая дверь. — Но это в прошлом. Теперь у нас новые правила.