— Ты вообще в своем уме? У меня уже двадцать третья неделя! Какой аборт? — возмутилась Лида, резко разворачиваясь.— Ну так донашивай и сдавай в детдом. Чужого ребенка я не признаю. Не собираюсь тратить деньги на лишнего человека, — холодно бросил мужчина, включая телевизор.— Он не чужой! Это наш ребенок. И я его никому не отдам, — твердо ответила Лида.
Младший сын радостно помахал на прощание из окна машины, а Лида стояла у окна, наблюдая за ним, и думала о том, как правильно поступила двадцать лет назад, отказавшись от совета мужа и сохранив Сашу.— Как хорошо, что тогда я выбрала тебя, малыш, — тихо проговорила она, прижимаясь лбом к стеклу. — Даже если это стоило мне семейного мира.Лида и Маша были сестрами, но их отношения всегда были напряженными. Вражда началась еще в раннем детстве, когда трехлетнюю Лиду принесли домой с новорожденной сестрой. — Верните ее обратно! Заберите! — кричала маленькая Лида, не понимая, почему родители привели ей «конкурентку». — Выбросьте ее в мусорное ведро!
Родители только смеялись над её детскими обидами:
— Лидочка, это же не игрушка, которую можно выбросить. Это твоя сестренка!
Но для трехлетней девочки это было сложно понять. Она чувствовала себя замененной, обделенной вниманием. Каждый взгляд на младенца казался ей предательством. Конечно, родители надеялись, что с возрастом всё изменится. Но время лишь усугубило проблему. Споры из-за игрушек сменились конфликтами из-за одежды, косметики, парней. Однажды они даже поругались из-за одного молодого человека, после чего общение практически прекратилось.Когда обе вышли замуж, связь между ними оборвалась полностью. Хотя обе продолжали жить в одном городе, они даже праздники проводили в разные дни, чтобы не пересекаться. Попытки родителей помирить их заканчивались очередным скандалом.
— Мам, перестаньте нас сводить вместе. Мы просто не умеем быть сестрами, — однажды заявила Лида. — Если что-то изменится, мы сами найдем друг друга. А пока это бесполезная затея.
Мама с грустью приняла решение старшей дочери, хотя и не могла примириться с тем, что её любимые девочки остались чужими.
В семье Лиды за первые пять лет брака появились две дочки. Каждый раз муж встречал новость о рождении девочки с раздражением.
— Что за позор? Только бабы! Где мой наследник? — ворчал он.
— Ты хоть знаешь, как определяется пол ребенка? Это зависит не от меня! — пыталась объяснить Лида.
— От баб всегда все зависит! Вы такие хитрые! Давай рожай третьего! Мне нужен сын!
— Наследник чего? Гаража и пульта от телевизора? — фыркала Лида. — И потом, ты помогаешь с детьми? Подходишь к ним хотя бы? Нет? А мальчики точно такие же — пачкаются, требуют заботы. Я только-только двух научила обслуживать себя, а ты хочешь начать все заново?
— Да ладно тебе! Когда появится пацан, я буду с ним играть в футбол, учить водить машину, ездить на рыбалку!
— Ага, прямо с пеленок! — саркастически заметила Лида. — Может, сразу удочку ему в руки дашь? Или пусть сам себе подгузники меняет?
— Найдется способ! — не унимался муж.
— Знаешь, может, лучше возьмем мальчика из детского дома? Больше работы не будет, сразу взрослый, самостоятельный. Можно ему и удочку, и руль доверить, — предложила Лида.
— Нет! Воспитывать чужого ребенка? Я что, совсем не в своем уме? — возмутился он.— Ох уж эти мужские принципы! — буркнула Лида, выходя из комнаты.
Маша вышла замуж раньше сестры на два года, но за семь лет брака так и не смогла забеременеть. Первое время она и её муж считали, что просто не готовы к детям. Потом списывали неудачи на стресс. Но когда обследования подтвердили диагноз, ситуация стала ещё сложнее.
Маша никогда особо не стремилась стать матерью. Её муж был главным двигателем этой идеи. Его жалобные взгляды на коляски других людей постепенно стали давить на неё. Однако через шесть лет совместной жизни он начал отдаляться. Вечера проводил за компьютером или на работе, а дома почти не говорил о детях.
— Маш, сегодня был у твоих родителей. У них там Лидкины дочки гостили. Такие большие уже! — однажды произнес он.
— И что? — равнодушно отозвалась Маша.
— Вы так и не помирились с сестрой?
— Нет. И не собираюсь. У нас ничего общего нет. Она типичная мамаша, живет ради детей. А мне неинтересно такое общение.
— Может, она то же самое обо тебе думает? — задумчиво протянул муж.
— Ты решил найти новый повод для скандала? Моего бесплодия тебе мало? — раздраженно бросила Маша, направляясь в магазин.
Ситуация накалялась. Маша начала винить мужа в том, что он не зарабатывает достаточно, чтобы позволить им рассмотреть вариант суррогатного материнства. А он, в свою очередь, чувствовал себя обвиняемым. +