-Честно, не знаю. Не гоните меня, пожалуйста! Саша заберет ребенка после родов, а меня вышвырнет, я ж никто, даже не жена ему, да ещё и сирота, нЕкому заступиться. А я тогда с собой покончу, ей Богу! – и Настя залилась слезами.-Так, ты мне эти мысли из головы выкинь, ишь чего удумала! У меня сын, Григорий, участковый местный, скоро с дежурства придет. Вот ему всё расскажешь. Может, чем поможет – сказала Антонина.Гриша шел домой с дежурства и размышлял, почему так не справедливо устроена жизнь. Он недавно разошелся с Ириной, своей женой. Не по нраву ей пришлась работа участковым, платят мало, мороки много, суета одна. Жена требовала, чтоб рассчитался, и в бизнес пошел, да по модным курортам возил. Пилила она его нещадно, вот и развелись, а после бывшая супруга мажора себе нашла и укатила с ним за границу, а он к матери переехал в отчий дом. Решил, ну их, женщин, все они, такие корыстные сейчас!
Войдя в дом, Гриша привычно крикнул:«Привет, Мамуль!» и прошел на кухню, на вкусный аромат, он был жутко голодным.«Сынок, познакомься. Это наша гостья, Настасья. У неё беда случилась. Ты бы выслушал её, может вместе и придумаем, чем помочь?» — спросила Антонина.-А это не вас ли искали всю ночь? –спросил парень.Девушка смертельно побледнела. Она была похожа на испуганного олененка, такие же огромные, полные слез, голубые глазищи, обрамленные густыми ресницами, роскошные, длинные, пшеничного цвета волосы, кое-как собранные в хвост, и смешно выпирающий острый животик. Она была до того милая и беззащитная, что у Гриши всё перевернулось и екнуло внутри.-Не выдавайте меня, умоляю! – зашептала девушка.
Узнав, что случилось, Гриша был в шоке! Какой подонок! Как же так можно поступить? А главное, как помочь бедной Насте. Он пока не знал, но точно был уверен, в беде он её не бросит, совесть не позволит. Когда Гриша смотрел на Настю, внутри разливалось какое-то доселе неведомое тепло и нелепая, дурацкая улыбка не сползала с лица.
-Не реви, Настасья, никто тебя отдавать этому упырю не собирается. Где твои вещи и документы?
-Все у Саши в коттедже, паспорт он забрал, чтоб не сбежала, и ключи от моей квартиры там же. Только я туда не пойду. Я боюсь! – из глаз девушки посыпались крупные, словно бусы, слезинки.
Гриша немного подумал, помолчал, потом сказал:
-Давай сделаем так. Ты пока у нас поживи. А я сейчас в город съезжу, куплю тебе одежду и всё необходимое. А потом по своим каналам узнаю, что за гусь этот Саша твой, попробую забрать у него всё твоё добро. Идет?
-Это очень опасно! Я сама виновата! Извините, что втянула вас! – запричитала девушка.
-Не вешай нос! В конце концов это моя работа, помогать гражданам! – решительно ответил Гриша.
Через сослуживцев парень навел справки, и выяснил, что Александр Малявин действительно богатенький мажор, сын известного в городе бизнесмена. Вот только дела свои этот бизнесмен вел не совсем честно, на него давно полиция виды имела, да всё доказательств не хватало, чтобы прищучить. Ходили слухи, что бизнес его на наркотиках был построен. Сначала Гриша решил попробовать поговорить с Сашей по душам, к совести призвать, хотя подсознательно чувствовал, ни к чему хорошему это не приведет.
Подъехав к коттеджу, Григорий постучал. Вышел лощеный, упитанный молодой человек, и небрежно спросил:
-Ты кто и чего здесь надо?
-Не ты, а Вы. Я ваш участковый, Григорий, хотел бы с вами пообщаться. – начал парень.
-Ну давай, только в темпе, гости у меня! – продолжал хамить молодчик.
-Мне известно, что вы незаконно удерживали у себя Анастасию Кожевникову, забрали у неё документы, вещи. Верните их. Девушка напугана и не хочет к вам возвращаться! – строго сказал Гриша.
Мажор разозлился, сжал кулаки, и закричал:
-Нашлась-таки, стерва малолетняя! Живучая какая! Я уж думал, окочурилась на морозе. Жаловаться, значит, надумала? Да она мне сто лет не нужна, покуражился и хватит. А вот ребенка я у неё всё равно заберу! И точка! Что эта нищебродка ему даст? И вообще, кто её просил беременеть? Дура!
-Это не законно! Вы не имеете права отбирать ребенка у родной матери без её согласия! – вышел из себя от такой наглости Гриша.
-Да мне плевать, у моего бати весь город схвачен! Так что ничего она не получит! Только в обмен на сына! Так и передайте! – и Саша грюкнул дверью перед носом участкового.
Григорий был возмущен хамским поведением мажора, и решил действовать через его отца, раз с сынком разговора не вышло. Парень месяц собирал компромат о бизнесе, нашел много интересного! Долго думал, всё взвешивал и решился пойти на риск. Пошел напрямую в приемную к бизнесмену, отодвинув возмутившуюся секретаршу. Не таясь, выложил мужчине всю правду о его сыночке, в конце добавил:
-И учтите, у меня на вас имеется серьезный компромат. Если ваш сын не прекратит третировать Анастасию и не оставит её в покое, я пущу его в ход. Вам мало не покажется – и протянул ему копии бумаг.
Гриша ожидал, что мужчина, под стать сынку, начнет хамить и угрожать, но он просчитался. Мужчина бегло просмотрел документы и осел в кресле, задумчиво обхватил голову руками, и произнес:
-Я вас услышал. Приму меры! Мне лишние проблемы не нужны! А сыночек уже в печёнках, если честно, сидит, со своими фокусами. Все вещи и документы девушки отвезут на адрес её прописки, я распоряжусь. Если подтвердится, что внук мой, буду помогать. Ещё раз простите!
Участковый ошалел от услышанного и только смог пробормотать:
-Спасибо за понимание! – и вышел из кабинета.
Домой Гриша бежал, как угорелый, натерпелось порадовать девушку. Войдя в дом, парень увидел умилительную картину, мама учила Настю стряпать пирожки. Та усердно старалась, скрепляла края. Кончик носа был в муке. Волосы выбились из-под косынки и смешно торчали. И опять целый океан нежности разлился внутри парня.
-Ну, Настасья, радуйся! Ты свободна. Завтра можешь переезжать к себе домой. Ничего не бойся. Я всё уладил. – сказал Гриша.
Девушка обронила пирожок, завопила и кинулась неуклюже обнимать спасителя.
-Спасибо тебе, Гриша, всю жизнь тебе благодарна буду! Я ведь думала, не выпутаюсь! — залепетала она.
Тут вмешалась Антонина:
-Как завтра переезжать? Я уж привыкла, мы с Настенькой ладим, да и живая душа в доме! Как же она, сиротинушка, одна с ребенком, да без работы будет? Некому помочь ведь… – огорченно запричитала пенсионерка.
-А я вот по этому поводу как раз поговорить хотел. Настя, может, стоит попробовать твоих родственников отыскать? Может братья, сестры имеются? – предложил Гриша.
-Я об этом всё детство мечтала, да только не знаю, с чего начать? – оторопела девушка.
Гриша с Настей активно взялись за поиски, нашли старенькую нянечку из детдома, узнали адрес и фамилию бабушки девушки, и потихоньку, по ниточке, размотали целый клубок.
То, что они выяснили, повергло в шок абсолютно всех! Антонина с сыном и Настя сидели за столом и дружно рыдали. Антонина причитала:
-А я ведь сразу в тебе родную душу почувствовала. Вот смотрела и думала, а где же я тебя видеть раньше могла? А теперь только поняла! Ты же на сестру мою родную сильно похожа. Я сейчас фотографию найду! – и женщина стала перебирать старые, пожелтевшие снимки.
-Вот, посмотри, глаза её, и волосы. Ай да Валька! Вот непутевая! С самого детства неблагополучная была, учиться не хотела, гуляла на всю катушку. Да, забеременела она, было дело. Да только из роддома одна вернулась, сказала, умер ребенок при родах. А сама, оказывается, дальней родственнице женишка своего, бабуле старенькой, дитя под дверь подкинула и сбежала…Господь её наказал, видно, не долго прожила, через два года машина сбила насмерть, пьяная шла!
-Так что сама судьба тебя Настенька, к родным людям в дом привела! Ты прости меня, девочка, я ж не знала о тебе ничего! – пенсионерка гладила по руке Настю.
А Гриша опустил голову и тихо сказал:
-Значит, мы с тобой брат и сестра двоюродные? Вот как… — и тихо вышел во двор.
Он буквально сполз вниз по забору, упал на колени, стучал кулаками по земле, рыдал и думал:
«Ну почему? За что? Я ж Настю всем сердцем полюбил! Как её теперь оттуда вырвать?»
Парню казалось, его преследует какой-то злой рок, и нет ему конца.
Жизнь потихоньку пошла своим чередом, Настя родила крепыша Сёму, и переехала к себе в квартиру. По выходным они навещали с сыном тетку. Антонина с радостью возилась с грудничком, баюкала, песни пела.
А вот Гришу словно подменили. Он похудел, почти не ел, стал замкнутым и угрюмым, начал частенько выпивать. Парень боялся даже взглядом встретиться с Настей. Ничего с собой поделать не мог – всё внутри обрывалось, жаром обдавало, ему хотелось обнять, прижать, целовать девушку. Ну не мог он её разлюбить, и всё тут! Да и Настя сразу краснела, опускала глаза…Она понимала, это неправильно, им нельзя любить друг друга, только сердечку то не прикажешь, оно ныло, болело и тянулось к парню.
Антонина наблюдала, всё понимала, сердце кровью обливалось. По ночам она неистово молилась:
«Господи, дай мне сил рассказать всю правду! Не могу больше таиться! Судьбу детям ломаю!» — и плакала беззвучно.
Она много лет хранила страшную тайну, ни одна живая душа об этом не знала, а теперь… Как рассказать? Что будет? Маялась женщина, колебалась, и всё же решилась, не могла больше смотреть, как Гришенька мучается, извелся весь!
В очередной приезд Насти, Антонина уложила Сёмочку спать на веранде, и велела Грише и Насте идти в дом. Долго рылась в тумбочке, достала шкатулку, и начала рассказ:
-Гришенька, сыночек мой ненаглядный. Думала, никогда не узнаешь, унесу в могилу свой секрет. Да видно не судьба! Не могу я смотреть, как вы мучаетесь, словно два голубка с подбитыми крыльями! Детки мои, любите друг друга! Не родственники вы! – и женщина тихо заплакала.
Гриша насупился:
-Мам, что ты такое говоришь? Как такое возможно? – недоверчиво бормотал он.
-Муж мой, Иван, рано помер, с тридцати лет я вдова. Так и не смогла больше никого полюбить. В роддоме всю жизнь работала. Вот однажды девица малахольная родила ребеночка и бросила тут же, даже не глянула, на руки не взяла. Ночью через окно вылезла и скрылась.
А я как тебя на руки взяла, прямо почувствовала, мой сыночек, родной! Больше и не расставалась с тобой. Заведующая отделением помогла всё утрясти с документами, и я тебя усыновила. Ты прости меня, родной, что молчала! Я страшно боялась, что ты однажды всё узнаешь и откажешься от меня! Я и сейчас боюсь – и пенсионерка снова зарыдала.
Гриша был ошарашен, удивлен и счастлив одновременно! Он не мог поверить своим ушам. Неужели Господь смилостивился, и они с Настей смогут быть счастливы? Он упал на колени, обхватил маму, прошептал:
-Да что ты, мамочка! Спасибо, что рассказала! Я не обижаюсь, ты для меня самая родная! Ты же мне всю жизнь посвятила!
Настя опешила и не могла произнести ни звука! Разве так бывает? Кто бы рассказал – никогда бы не поверила!
Гриша, опомнившись, подошел к девушке:
-Настюша. Я полюбил тебя с первой секунды, как увидел! Когда узнал, что мы не можем быть вместе, для меня жизнь остановилась! Но сейчас, скажи, ты выйдешь за меня замуж? Я буду верным мужем, Сёмена, как родного, воспитаю! Никогда ни в чём не упрекну! – парень с надеждой и тревогой посмотрел в глаза невесте.
Настя залилась румянцем и тихо сказала:
-Я согласна – о лучшем муже она и мечтать не могла. Ужасы прошлой жизни остались далеко позади, а впереди всё будет хорошо, Настя это точно знала!