Светлана перебирала платья в шкафу – сегодня был юбилей свёкра, Николая Ивановича, и хотелось выглядеть безупречно. Рука замерла над темно-синим шелковым платьем.— Это слишком нарядно, неприлично затмевать хозяйку дома, — раздался за спиной голос Валентины Петровны. Свекровь стояла в дверях спальни, с не видом.Светлана медленно выдохнула. После трех лет замужества она научилась сдерживаться, но каждое замечание свекрови било точно в цель. — Доброе утро, Валентина Петровна. Я думала надеть бордовое. — В прошлый раз ты была в бордовом. Люди подумают, что у тебя всего одно платье, — свекровь окинула невестку придирчивым взглядом. — Хотя с твоей фигурой сложно что-то подобрать…
Антон, муж Светланы, делал вид, что полностью поглощен чтением новостей в телефоне. Светлана бросила на него умоляющий взгляд, но тщетно. — Я приготовила завтрак, — процедила Валентина Петровна. — Остынет сейчас. Антоша, спускайся. Светлана осталась одна. За окном накрапывал дождь, хотя синоптики обещали солнечную погоду. День явно не задался. — Мам, а можно мы пригласим маму Лену? — спросила Светлана за завтраком. — Все-таки юбилей, семейный праздник… Валентина Петровна замерла с чашкой у рта. — Какую еще Лену? — Мою маму, Елену Ивановну, — Светлана старалась говорить спокойно. — Она давно хотела познакомиться с Николаем Ивановичем. — А зачем? — свекровь поставила чашку на блюдце с громким стуком. — У нас скромный семейный ужин. Только самые близкие. — Вот именно – семейный, — Светлана повернулась к мужу. — Антон, скажи что-нибудь!
Антон поерзал на стуле:
— Может, правда, пусть придет? Неудобно как-то…
— Неудобно спать на потолке! — отрезала Валентина Петровна. — Ладно, приглашай. Только учти – места мало, придется потесниться.
В просторной четырёх комнатном доме свекрови можно было устроить бал, но Светлана промолчала.
Вечером позвонила мать:
— Доченька, может, не стоит? Я же вижу – она меня не хочет видеть.
— Мама, ты должна прийти, — твердо сказала Светлана. — Ты тоже часть семьи.
Елена Ивановна вздохнула:
— Знаешь, когда ты выходила замуж, я надеялась, что у тебя будет новая семья. А получается – вторая работа. Вечно доказывать, что ты достойна…
— Мам, все будет хорошо, — Светлана и сама не верила своим словам.
В день юбилея с утра все пошло наперекосяк. Валентина Петровна носилась по квартире, командуя всеми и каждым. Светлане досталось за неправильно расставленные тарелки, криво висящие гирлянды и недостаточно натертый до блеска паркет.
— Вытри пыль на верхних полках, — в десятый раз придиралась свекровь. — И люстру помой.
— Я уже все сделала, — устало ответила Светлана.
— Плохо сделала, значит. У меня глаз-алмаз, меня не обманешь.
К вечеру начали собираться гости. Николай Иванович, виновник торжества, добродушно обнимал всех, принимая поздравления. Валентина Петровна сияла, представляя гостям своего племянника – успешного бизнесмена из столицы.
Елена Ивановна пришла ровно к назначенному времени – скромная, в элегантном костюме.
— Мама, проходи! — Светлана кинулась обнимать мать.
— А это кто? — громко спросила тетя Зина, двоюродная сестра свекрови.
— Это мама Светы, — процедила Валентина Петровна. — Проходите, садитесь где-нибудь.
«Где-нибудь» оказалось в самом дальнем углу стола. Светлана заметила, как мать расстроено одернула юбку.
— Внимание всем! — Валентина Петровна встала с бокалом. — Я хочу поднять тост за самого лучшего мужа, отца и дедушку! За нашу семью!
— За семью! — подхватили гости.
— И за наших дорогих гостей, — добавила свекровь, обводя взглядом стол. На Елене Ивановне взгляд не задержался.
Начались поздравления. Каждый хотел сказать особенные слова, вручить подарок. Елена Ивановна терпеливо ждала своей очереди.
— А теперь, — Валентина Петровна снова взяла слово, — давайте послушаем моего племянника Сережу. Он специально прилетел из Москвы!
— Может, сначала мама поздравит? — тихо спросила Светлана.
Свекровь будто не услышала. Сергей начал длинную речь о семейных ценностях и традициях. Елена Ивановна опустила глаза в тарелку.
После третьего тоста начались танцы. Валентина Петровна блистала в вальсе с мужем, то и дело бросая торжествующие взгляды на гостей.
— Света, помоги на кухне, — позвала свекровь. — Надо салаты пополнить.
На кухне Валентина Петровна резко развернулась к невестке:
— Зачем ты ее привела? Только настроение всем портит!
— Кто портит? — не поняла Светлана.
— Мать твоя! Сидит как прокаженная, не общается ни с кем. Я же говорила – не наша она!
— А как ей общаться, если вы…
— Что я? — свекровь повысила голос. — Что я такого сделала? Может, не пригласила? Может, не накормила?
В этот момент на кухню заглянула Елена Ивановна:
— Светочка, я, наверное, пойду. Что-то голова разболелась…
— Никуда ты не пойдешь! — Светлана схватила мать за руку. — Ты еще даже не поздравила Николая Ивановича.
Валентина Петровна демонстративно загремела тарелками:
— Раз уж остаетесь, помогите хоть салаты разложить.
В гостиной звучала музыка, гости смеялись. Елена Ивановна молча взяла миску с оливье. На кухне повисло напряженное молчание.
— Николай Иванович, — негромко произнесла Елена Ивановна, вернувшись в комнату. — Позвольте и мне сказать несколько слов.
Именинник приветливо кивнул. Валентина Петровна скривилась, но промолчала.
— Знаете, у нас с вами много общего, — начала Елена Ивановна. — Мы оба любим своих детей и хотим для них счастья. Я благодарна судьбе, что моя дочь встретила вашего сына. И надеюсь, что наши семьи…
— Хватит! — Валентина Петровна с грохотом поставила бокал. — Какие еще семьи? Что за дешевая мелодрама? Светка, забери свою мамашу отсюда, нечего портить праздник!
За столом повисла мертвая тишина. Даже музыка, казалось, стихла.
Елена Ивановна побледнела, но сохранила достоинство. Светлана почувствовала, как материнская рука легла на её плечо – безмолвная просьба не вмешиваться.
— Антон, — Светлана повернулась к мужу. — Скажи что-нибудь!
Антон уткнулся в тарелку, старательно размазывая еду по краям.
— Сынок, — продолжала бушевать Валентина Петровна, — я же говорила тебе – нечего связываться с этой семейкой! Думаешь, я не вижу, как они на наше добро зарятся?
— Мама, перестань, — пробормотал Антон, не поднимая глаз.
— Что перестань? Правду говорить перестань? — свекровь повысила голос. — Да у них же на лбу написано – прибрать к рукам все хотят! Сейчас мать в дом притащили, потом что? Всю родню свою приведут?
Светлана медленно поднялась из-за стола. В ушах шумело, руки дрожали:
— Знаете что, Валентина Петровна… +