— А у вас тут… неплохо, — Людмила Викторовна стояла посреди гостиной, как-то странно сжимая ручку видавшего виды чемодана. — Просторно.Катя переглянулась с мужем. Что-то было не так. Свекровь, всегда готовая критиковать каждую мелочь в их доме, вдруг говорит «неплохо»? Та самая женщина, которая при каждом визите возмущалась их «безвкусными» обоями и «нелепой» планировкой?— Мам, может объяснишь всё-таки? — Андрей присел на подлокотник дивана. — Звонишь в семь утра, говоришь — встречайте…
— А что объяснять? — свекровь попыталась улыбнуться, но улыбка вышла какой-то кривой. — Решила… решила квартиру продать. Надоело одной. Да и район там… неспокойный.— Район? — Андрей поднял брови. — Ты же всегда говорила, что лучше твоего дома место не найти. Что все соседи как родные…— Мало ли что я говорила, — Людмила Викторовна отмахнулась и вдруг заговорила быстро, словно боялась передумать: — В общем, я тут подумала… может, поживу у вас немного? Недельку-другую. Пока не подберу что-нибудь подходящее.Катя почувствовала, как у неё внутри всё сжалось. «Неделька-другая» в переводе со свекровьего обычно означала «навсегда». — А деньги с продажи? — осторожно спросил Андрей.
Людмила Викторовна как-то сразу постарела лет на десять:
— Были деньги… Вложила в одно дело. Надёжное. Потом расскажу.
— В какое дело? — не отставал сын.
— Я сказала — потом! — в голосе свекрови мелькнули истеричные нотки. — Можно подумать, у вас тут места мало! Три комнаты пустуют…
— Не пустуют, — тихо сказала Катя. — У нас кабинет и…
— Кабинет! — привычно фыркнула свекровь, и в этом фырканье вдруг проступило что-то отчаянное. — Подумаешь, важность какая…
В этот момент в кармане у Людмилы Викторовны запиликал телефон. Она вздрогнула и поспешно сбросила вызов.
— Кто это? — поинтересовался Андрей.— Никто. Рекламу шлют, надоели ей богу — она отвернулась к окну, но Катя успела заметить, как дрогнули у свекрови руки.
— Надо вещи разобрать, — засуетилась Людмила Викторовна, всё ещё избегая смотреть на сына. — Куда мне?
— В гостиную, — Катя махнула рукой в сторону бывшего кабинета. — Только там…
— Отлично! — свекровь подхватила чемодан и почти выбежала из комнаты.
— Странно это всё, — пробормотал Андрей, когда за матерью закрылась дверь.
— Странно? — Катя поджала губы. — Это мягко сказано. Твоя мать, которая носилась со своей квартирой как с писаной торбой, вдруг её продаёт? Без предупреждения? И является к нам с одним чемоданом?
— А где остальные вещи? — вдруг сообразил Андрей. — Мебель? Сервиз, который от бабушки остался?
Из комнаты донёсся приглушённый звук падения и сдавленное восклицание.
— Мам, ты в порядке? — Андрей дёрнулся к двери.
— Да-да, всё хорошо! — голос свекрови звучал подозрительно бодро. — Просто… споткнулась.
Телефон в её кармане снова зазвонил. На этот раз Людмила Викторовна не успела сбросить — мелодия разносилась по всему дому.
— Мам, возьми трубку, — попросил Андрей. — Может, что-то важное.
— Говорю же — реклама! – снова отмахнулась женщина.
— С каких пор реклама звонит с именного номера? – Катя, вошедшая за минуту до этого в комнату, успела заметить надпись «Лена» на экране телефона.
— Какая ты наблюдательная, — процедила Людмила Викторовна.
— Лена? — Андрей нахмурился. — Это же…
— Твоя сестра волнуется, наверное, — перебила Катя. — Ты ей сказала, что переезжаешь?
Свекровь замерла на середине движения. Лицо её стало каким-то серым.
— Сказала, конечно, — она принялась с преувеличенным вниманием расстёгивать чемодан. — Всё она знает.
— Тогда почему…
— Хватит допрос устраивать! — Людмила Викторовна вдруг развернулась, и в глазах её блеснуло что-то похожее на злость. Или на страх. — Я же не спрашиваю, почему у вас в доме занавесок нормальных нет! Или почему обои эти унылые не переклеите!
— Начинается, — пробормотала Катя.
— Что начинается? — свекровь подбоченилась. — Думаешь, не вижу, как ты морщишься? Как переглядываетесь? Может, и вы меня не хотите принять? Может…
Она осеклась на полуслове. В глазах мелькнуло что-то такое отчаянное, что Катя невольно шагнула вперёд:
— Людмила Викторовна, что случилось на самом деле?
— Ничего! — свекровь схватила сумку. — В магазин схожу. У вас же наверняка холодильник пустой. Вечно одни йогурты…
Она почти выбежала из квартиры. Входная дверь хлопнула так, что зазвенела люстра.
— По-моему, нам нужно позвонить Ленке, — задумчиво произнёс Андрей.
Лена не отвечала. Ни на первый звонок, ни на второй, ни на десятый.
— Странно, — Андрей хмурился, глядя на экран телефона. — Обычно трубку хватает после первого гудка…
— Может, занята? — Катя пожала плечами.
Людмила Викторовна вернулась с пятью пакетами продуктов, словно готовилась к осаде. Выложив всё на кухне, она вышла на балкон — якобы проветриться. Но телефон в руке выдавал истинную причину.
— Галя, ну как я им скажу? — голос свекрови едва заметно дрожал. — Нет, не могу… Да, всё уже сделано, обратного пути нет…
Катя замерла у балконной двери. Андрей, шедший следом, тоже остановился.
— Деньги? — продолжала Людмила Викторовна. — Какие теперь деньги… Главное, чтобы они не узнали… Особенно Андрей. Он же не простит…
Она всхлипнула: