Лечащий врач не хотел отпускать её домой, но всё-таки пошёл навстречу. Вернувшись домой только лишь тридцать первого декабря, Татьяна легла в кровать, потому что доктор прописал покой и постельный режим. Грустный супруг сидел рядом, тихонько включив какой-то фильм. Он уже смирился с тем, что праздновать наступление нового года в этот раз они не будут.Вдруг, ближе к десяти, раздался звонок в дверь. Прошлогодняя картина повторилась вплоть до мельчайших подробностей. Прям, дежавю какое-то!

— А мы так решили — раз уж вы никуда не уехали, и тебя, Танюшка, выписали из больницы, то мы будем у вас встречать Новый год, — радостно улыбаясь, объявила свекровь, тряся лохматой мишурой на кудрявой голове. — Поддержать и подбодрить тебя приехали, — глядя на невестку, добавила золовка.n — У нас ничего нет к столу, — сказал Евгений, косясь на бледную Таню. — Да мы и не собирались, если честно… — А это не страшно! Не собирались — соберётесь. А мы на что? Ты, Женька, сейчас сбегаешь в магазин и всё купишь! Ой, много ли нам надо? — весело щебетала Зинаида Карповна. — Пару бутылок шампанского да немного закуски. — Да, и поторопись! — подгоняла брата Алевтина. — А мы с Танюхой сейчас всё быстренько накроем. Вставай, Таня. А то залежишься и вправду заболеешь.

Свекровь и золовка, уже подогретые спиртным, вели себя нагло и цинично. Они залезли в холодильник и стали хозяйничать на кухне.

Таня не была скандальной, но сейчас ей хотелось лишь одного — послать родню мужа куда подальше. Сил вот только не было, чтобы ругаться. Совсем.

Она кое-как отсидела за столом до двенадцати часов, дождалась боя курантов, а потом ушла в спальню, откуда больше не выходила. Хотя уснуть ей, конечно же, не дали.

А на следующий день ещё слабой после болезни Татьяне пришлось отмывать всю квартиру от нашествия незваных гостей.

И она зареклась — больше свекровь и золовка здесь ничего праздновать не будут.

В преддверии этого Нового года Татьяна позвонила свекрови и предупредила её, что Евгений работает тридцать первого и первого — так выпадает по графику. Она могла бы и мужу поручить оповестить свою родню о том, что Таня их больше не намерена обслуживать в новогоднюю ночь. Но прекрасно понимала, Евгений будет для них неубедительным. Поэтому данную миссию Татьяна взяла на себя.

— К нам тридцать первого не собирайтесь. Мужа не будет, а я к родителям уеду, — без всяких недомолвок объявила она. — Но вы, конечно, могли бы меня к себе пригласить. Не хотите?

Таня вдруг решила так пошутить, проверив реакцию Зинаиды Карповны на своё предложение. Ну а что — пусть и они постараются, поухаживают за невесткой. Как говорится, долг платежом красен. Но, как и ожидала, Таня услышала отказ.

— К нам? Да нас и самих-то не будет. Пригласили нас уже, — отвертелась свекровь.

— Ну — нет, так нет. Значит, я у родителей буду встречать. С наступающим вас, — сказала Таня и с лёгким сердцем повесила трубку.

И вот когда она, нарядная, с ярким макияжем и красивой причёской, только собралась вызвать такси, чтобы ехать к родителям, раздался звонок в дверь.

— Не может быть! — удивилась Таня, убедившись, что на часах десять вечера. — Неужели опять? Ну, я им сейчас устрою!

Она предварительно глянула в глазок и сначала не поверила тому, что видит. А потом, открыв дверь, убедилась — так и есть! Свекровь и золовка, подогретые шампанским и украшенные дико торчащей в разные стороны новогодней мишурой, опять приехали к ней. И опять вознамерились использовать Таню в качестве прислуги на Новый год.

— Танюша, какая радость — ты дома! Я же тебе говорила, мама, что свет в окнах горит — ждёт нас невестка-то! — громко закричала Алевтина, пытаясь обнять Таню.

— С наступающим тебя! Ну, приглашай нас, не стой как столб, Татьяна! — вторила дочери мать.

— У вас вообще с головой плохо? Я же сказала — не будет нас. Нет нас дома! Всё! До свидания! — громко проговорила возмущённая Татьяна.

— Ты что так себя ведёшь? Забыла, с кем разговариваешь? — перестала улыбаться свекровь. — Жени нет, но ты-то дома. Вот она ты, стоишь перед нами! Так что приглашай в квартиру! И нечего нас в подъезде держать. Не май-месяц!

— Нет, не приглашу! — надевая пуховик, — бойко ответила Таня. — Я тоже хочу праздновать, а не быть у вас прислугой. Или я, по-вашему, недостойна праздника? Всё, мне некогда, я уезжаю.

— Уезжает она. Вот эгоистка, ты глянь! Сейчас сыну позвоню, пусть он тебе мозги вставит на место! — не унималась Зинаида Карповна.

— Звонить будете не здесь, а в другом месте. Я повторяю вам — меня ждёт такси! — смело оборвала свекровь Таня.

— А нам-то что делать? Тебе плевать, что ли, на нас совсем?- растерялась золовка.

— Да. Куда нам прикажешь теперь? — со злостью спросила свекровь у невестки, которая поломала все их планы.

— Так вас же пригласили в гости! Помните, вы мне на днях отказали в компании, объяснив, что вы уже приглашены? — смеясь, спросила Татьяна. — Вот туда и отправляйтесь, куда вас звали. А сюда вас никто не звал. Пока!

И веселая Татьяна, захлопнув дверь перед носом у свекрови и золовки, прошла мимо ошарашенных женщин к лифту.

— Вы не едете? Ну тогда — всего вам хорошего. С наступающим вас, родня! — Таня с улыбкой скрылась за дверью лифта.

— Вот нахалка, ну ты посмотри! Женька был бы дома, она бы себя так не вела, — с досадой проговорила Зинаида Карповна. — Распоясалась совсем.

— Да, мама. Ты права. Мы бы тогда всё равно проникли внутрь, если бы брат не работал сегодня, — добавила Алевтина.

— Ну что, куда? К сестре моей, что ли, к Верке поедем? — спросила недовольно мать. — Время ещё есть, успеем.

— Давай, у них всегда весело, хоть и народу полно, но нам места тоже хватит, — ответила дочь.